— Не обращай внимания, — сказала Диана, когда приблизилась к нам. Смотрела при этом исключительно на меня, старательно игнорируя Аргуса. — Она смирится. Так или иначе. Идем.

Мы отправились к ангару втроем, в то время, как гвардия следовала за нами, соблюдая дистанцию в несколько метров.

— Раньше ты не увлекалась охраной, — заметил я.

— Ты тоже, — ответила она. Намек явно касался Аргуса, хоть и не был подкреплен каким-нибудь вскользь брошенным взглядом.

Мне сделалось неприятно. Я сказал, целиком осознавая собственные слова:

— Ди не охрана. Он мой друг.

Диану это заявление развеселило.

— И все же, стоит мне коснуться тебя хотя бы пальцем, он в ту же секунду оторвет мне голову. Не правда ли, господин Аргус?

Тот шагал, глядя исключительно перед собой, но на вопрос чуть склонил голову набок:

— Именно потому, что я его друг.

Новая порция совершенно беспричинного, на мой взгляд, веселья отбила всякое желание продолжать разговор.

«Заклинатель» оказался огромным. Намного большим, чем тот эсминец, благодаря которому меня вытащили из лап куатов на Тиссане. В отличие от классических звездолетов такого класса, где каждый стандартометр считался на вес золота, здесь не боялись просторных совещательных залов и длинных коридоров, хоть обстановка в целом и соответствовала духу военного корабля. Черные, либо хромированные поверхности, четкость линий и никаких лишних деталей и броского украшательства, распространенных на риоммских акашах.

Интерес к внутреннему устройству корабля сделал меня немного рассеянным и я не сразу обратил внимание, что за одним из иллюминаторов, к слову, попадавшихся на пути не так уж и редко, обычная чернота космоса сменилась на сияющие завихрения гиперпространства.

— А куда мы держим путь?

Ответ Дианы прозвучал довольно сухо:

— К точке сбора. Необходимо перегруппировать эскадру и скорректировать дальнейшие действия.

Я знал, что подробностей не получу, даже если стану настаивать, и потому заговорил о другом:

— Мне все еще любопытно, а как ты поняла, что мы на Сауле? Имеется в виду, до того, как я тем идиотским сеансом связи сам себя выдал. Ведь не могла же ты просто ткнуть в карту пальцем и полететь туда наугад?

— Конечно, нет. Я видела запись, которую распространили риоммцы в инфосети, ту самую, где ты вытворяешь невообразимые вещи, повелевая черным дымом.

— Вещи? Невообразимые? Я пытался защитить жителей!

— На записи все выглядело немного иначе. Было похоже, словно ты потерял контроль и в яростном порыве перепугал местных жителей и поубивал имперских солдат. Признаться, как только я это увидела, сразу же пожалела, что не убила тебя. Неизгладимое впечатление.

— А то, как меня раскатал один из серых стражей, ты не видела?

— Лишь фрагмент, где ты, Аргус и старик поднимаетесь на борт развалины, что сейчас стоит в моем ангаре.

Я намеревался попросить Диану показать видео, но после ее слов сразу же передумал. Все и так было очевидней некуда. Запись, которую риоммцы вели с крейсера, тщательно отредактировали, прежде чем выбросить в инфосеть. Меня выставили неуравновешенным монстром с ярко-выраженными мясницкими наклонностями.

— Не переживай так, — добавила Диана, по-своему истолковав мое молчание. — Несмотря ни на что, там по-прежнему хорошо видно, что тебя спровоцировали.

Ответить на подобную поддержку я мог только сарказмом.

— Спасибо. Выразить не могу, насколько мне полегчало.

Диана, пропустив шпильку мимо ушей, перешла к сути:

— Стоило вам только покинуть Боиджию, описание вашего корабля сразу же распространили по базам данных близлежащих систем и пограничных кораблей. Несмотря ни на что, Саул все еще считается частью Империи, а это означает, что за ним, само собой, приглядывают. Вас вычислили практически сразу, а большую часть времени потратили на планирование осады. Моим шпионам оставалось только добыть координаты.

Что ж, звучало вполне разумно и вполне достоверно, если б только не одно «но». Т’анн не просто знал, где мы остановились, но и хорошо понимал суть наших поисков. Притом до того, как я сам достиг подобного. Он так же четко дал понять, что пока не заинтересован в моем устранении. Так с чего бы кораблям, якобы теперь подчинявшимся куатам, пытаться совершить нечто совершенно противоположное и мешать моим поискам?

— Нестыковка, — задумчиво протянул я.

Диана удивилась:

— В чем именно?

— Если Риомм и впрямь пляшет под дудку куатов, зачем бы им тогда мне мешать? — я говорил ей, но по привычке смотрел на Аргуса, черпая уверенность из его невозмутимости. На ум вдруг пришла мысль, что при появлении риоммцев, я был далеко за пределами реальности, ведя задушевные разговоры с поддельным стражем. О том, что мы прячемся, мне сообщили лишь постфактум. Мог ли кто-нибудь из команды неправильно истолковать имперские намерения или же нарочно их исказить? Вполне. А могло ли это ускользнуть от Аргуса? Вряд ли.