И птицы не пели, и луна не светила.
Намокшие, рыхлые тучи слабели и лениво расползались, уступая случайному порыву ветра, затем крепко сходились, выжимали из себя остатки надоевшего всем, непонятного дождя.
Лоси подошли к каналу с вечера. Вода темнела шершаво и тихо, так же негромко она приняла их в себя и проводила течением к городскому берегу. Лоси выплыли к большим квадратным камням, поднялись на знакомый бетон откоса и, осторожно оглядываясь на далёкий огонь маяка, исчезли в высоких колючих кустах.
На другом конце города в старом доме очень рано проснулся мальчик. Он заботливо потрогал себе лоб, кашлянул, прислушиваясь, и опустил ноги в большие меховые шлепанцы.
Три окошка поочередно кратко мигнули, обозначив путь мальчика по пустой квартире, и снова сонно потемнели.
Записка осталась лежать на стуле у изголовья, где среди пузырьков стоял маленький термос с розовым чаем. Мальчик принес из шкафа тяжёлую лохматую книгу, лёг в кровать, поправив подушки, немного пошевелился, устраиваясь в темноте, и стал смотреть в высокое тихое окно.
Жильё лоси обходили настороженно, вплотную прошли около остывших рабочих машин на береговом песке, вожак уверенно раздвинул слабую проволоку на сгнивших столбах у казематов.
Перед ними была дорога, большой, позабытый людьми парк, а за парком начинались поля, старые липовые посадки, издалека густо пах хвоёй нужный им лес.
…Мягкая влажная тишина огородов немного успокоила. Тускло блестели сторожевые жестянки на жёстких яблоневых ветвях, несло гарью от недавно намокшей кучи мусора. Большой лось встал на асфальт, посмотрел в одну сторону, напрягся и уже тревожней повернулся туда всем телом.
Неожиданно и громко рыкнул в далеком начале дороги тракторный двигатель, замелькали редкие огоньки, железо звонко упало на железо.
Конец ознакомительного фрагмента.