– Да ты права. Но всё же я старшая… и возраст это дело такое… неумолимое.

– Ты невнимательно слушала Атрума. Теперь мы бессмертные, время для нас вторично. Да и ангелы живут намного дольше, чем люди.

– Я знаю… именно поэтому и хотелось вкусить любви…

– Любить и быть любимой. Так, да? – закончила за неё Рэйналь.

– И всё же… ты видела это и ощущала. Знаешь мне жутко завидно… мне хотелось ощутить это, – несколько раздосадовано сказала Калаварнер. – Но я не могла даже пошевелиться. Он точно не применял силу… в тот момент…

– Он пел только для неё… да. Возбуждения как такового не было… была…

– … песня…

– … его песня…

– … для неё…

– … а она пела…

– … только для…

– … него…

– … создавая симфонию, – вместе закончили говорить сёстры.

– Любовь ли это? – спросила Рэйналь.

– Не знаю, сестра… не знаю, – отозвалась Калаварнер.

Глупые двуногие… кошка знала, что люди называют любовью. Она не раз видела любящих друг друга людей. Также она видела и многочисленные измены. Она видела и ложь, что обитала в домах таких вроде бы любящих людей. Она видела, как жёны изменяют, как мужчины изменяют… как они меняются партнёрами.

Хотя они поклялись в вечной любви друг другу. Зачем давать клятвы, чтобы их не соблюдать? Это было чуждо кошке… она этого не понимала.

В чём смысл? В чём смысл этой церемонии, если через несколько лет они начинают изменять друг другу, и при этом каждый раз возвращаться домой и улыбаться, делая вид, что ничего не произошло… что всё по-старому.

Глупые двуногие… да, у кошки были соперницы… нет, не так, были сёстры. Именно благодаря сёстрам образовалась сильная стая. Именно из-за того, что он оберегал детей, их стая со временем пополнялась. Их дети уходили на некоторое время и возвращались к ним со своими самками. И так по новой… стая.

Глупым двуногим этого просто не понять. Везде много пустых слов и обещаний… даже в самой любящей семье есть свои скелеты. Люди просто не способны полностью открыться.

Нет… она видела и более убедительные примеры любви… такое случалось. Только такие примеры были очень редки.

А маленькую чёрную кошечку не замечают… люди вообще редко смотрят по сторонам… двуногие постоянно куда-то спешат. Постоянно куда-то бегут.

Люди – это люди. И этим всё сказано. К примеру, ей просто противно прикасаться к самцам… вот просто противно, вызывает чувство брезгливости. В то время как у людей есть такое понятие как «секс-друзья», она… да чтобы она позволила хоть кому-то прикоснутся к своему телу!.. Она лучше перегрызёт себе вены. Она создана только для него.

Сидя на заборе, что был напротив окон квартиры, в которой была вся та компания, и погрузившись в эти тяжкие размышления, маленькая чёрная кошечка и не заметила, как все они вышли на улицу, и теперь её избранник смотрел на неё.

Внезапно осознав это, кошка почему-то очень испугалась и, не удержав равновесия, стала падать… прямо в его объятия. Так тепло… Кошка расслабилась, находясь в его объятиях, и замурлыкала. Она… убийца демонов… та, кто убивала всего лишь за пошлый взгляд… мурлыкала в его объятиях. Наконец-то…

Кошка зажмурилась и не хотела вообще двигаться… ей казалось, что вот-вот такая желанная картина от одного неосторожного движения развалится на куски оставив после себя лишь горечь. Сколько раз она мечтала об этом? Многие годы… годы поисков… Где она только ни была и с кем только ни встречалась. Всё это тлен… не важно… всё это не важно.

Кошка несмело открыла глаза и взглянула в синие глаза. Глаза, что изменили свой цвет, но не суть. Она сразу признала его… та же мудрость, что была в ЕГО глазах. А заглянешь чуть поглубже – и можно увидеть бесконечность. Сейчас это стало заметно ещё сильнее.

Она нежно мяукнула и стала устраиваться поудобнее на руках у парня, всем своим видом демонстрируя, что никуда не собирается уходить или возмущаться.

– Атрум, что случилось? – спросила у него Калаварнер.

– Да нет… ничего, – он моргнул, сбрасывая наваждение, и приблизил лицо к кошке. Его синие глаза смотрели прямо в её глаза, жёлтые с вертикальным зрачком. Кошка мяукнула и потёрлась о него. – Знаешь, ты мне очень напоминаешь одну мою знакомую… нет, мою самку из прошлой жизни. Знаю, это бред, но ты очень похожа. Что скажешь, если я буду называть тебя Ку?

Простые слова вроде бы, вот только… это её прошлое имя. Тогда Ку, а сейчас Курока… как она раньше этого не замечала? Почему только после его слов она вспомнила?

Вот только эти вопросы не интересовали маленькую чёрную кошечку. Он её помнит… Атрум, это имя ему подходит. А он ждал реакции от кошки… снова было нежное «мяу». Согласие… она не хотела больше от него отходить… никогда. И пускай идут все лесом и в далёкое эротическое путешествие… заказы, деньги, друзья, враги – ей теперь на всё плевать.