Суровый, брови немного сдвинуты к переносице. Видно, что недоволен. Волосы в лёгком беспорядки. Глаза, правда, выдают усталость. Жёсткая складка вокруг рта. Никаких изменений в его внешности нет.

Я боюсь сдвинуться с места, боюсь, что он исчезнет. Но желание потрогать его пересиливает, и я с всхлипом кидаюсь к нему. Падаю в ноги и обнимаю колени, утыкаясь в них. Никаких слов не надо, и так все понятно. Слезы, такие горячие, капают прямо на него, впитываются в дорогую ткань его брюк. Плевать. Самое главное, он здесь, рядом. Здесь безопасно.

Единственный раз я напряглась, когда вдруг почувствовала его тяжёлую ладонь на своём затылке. Не смотря ни на что, я ведь по-прежнему не знаю чего от него ждать, вернее какой будет его реакция. Но Доминик успокаивающе гладил меня по голове и молчал. Ни слова от него не дождалась.

Когда слезы иссякли, я вытерла лицо ладонями и взглянула на него.

— Прости. Я испортила твои брюки.

Он смотрел не на меня, а куда-то в окно, но его ладонь, что по-прежнему лежала на затылке, слегка дрогнула. И я поняла, он дал мне знак, что слышит меня.

В этот момент мне и разговаривать не хотелось. Я легко поднялась на ноги и, забыв всякий стыд, уселась к мужчине на колени, обвила его шею руками и уткнулась в шею, вдыхая, словно наркоман, его запах. Он не обнимал меня в ответ, не говорил со мной, но и не сталкивал с колен и не прогонял. Я безвозмездно дарила человеку свои настоящие чувства, свою нежность, ласку, тепло. И на данный момент этого было достаточно. Обо всем другом можно было подумать потом. Есть только сейчас, вот этот самый миг, который не хочется нарушить чем-либо.

Понятия не имею, сколько вот так просидела на нем, мне кажется, я даже успела заснуть, такое спокойствие снизошло на меня. Только я резко подскочила на коленях, и чуть было не свалилась на пол, когда дверь резко открылась. Сильные руки успели схватить меня, не давая упасть. На нас в недоумении смотрел Игорь. Видно было, что он застыл в нерешительности, не зная как поступить.

— Узнал что-то?

— Подозрения подтвердились.

— Налей мне виски, Лина.

Я даже и не заметила, что на столе стоит початая бутылка и бокал, уже наполовину пустая. Я как всегда, ничего вокруг не замечаю, когда есть он. Мне приходится подняться с его колен, чтобы выполнить то, что мне сказали. Отвинчиваю крышку, беру в руку бокал и наливаю половину. Протягиваю руку к Доминику, и закусываю нижнюю губу. Я намеренно, передаю бокал лично в руки, лишь бы почувствовать его касание. По взгляду, которым меня окинул Доминик, понимаю, что он раскусил мою затею. Его рот дёрнулся в кривоватой улыбке. Мужчина хватает меня за свободную руку и дёргает на себя. Я падаю обратно к нему на колени, расплескав виски на нас обоих. Это выглядит столь интимно, что мне даже неудобно перед Игорем. Ведь он так и стоит в дверях.

Словно прочитав мои мысли, Доминик кивком головы отпускает Игоря, и как только за ним закрывается дверь, мужчина впивается в мои губы яростным поцелуем, задевая зубами губы, царапая их в кровь. Чувствую, как в нем клокочет не вышедшая агрессия. Я же пытаюсь впитать в поцелуй все свое отчаяние, с которым переживала его отсутствие. Наверное, со стороны это выглядело, как будто два обезумевших зверя накинулись друг на друга.

Бокал выпал из моих рук практически сразу, как только его губы коснулись моих. Обхвати в его огромную спину руками, я гладила и царапала её.

Он оторвался от моих губ, когда мне уже не хватало воздуха. Мы шумно дышали друг другу в лицо, уткнувшись, лоб в лоб, словно пробежали множество километров.

— Наверх. — произнёс он глухо, поднимая меня со своих колен.

— А ты? Ты ведь пойдёшь со мной? — с некой мольбой спросила я, протягивая ему свою маленькую ладонь.

Какое-то мгновение Доминик молча разглядывал её, а внутри меня происходило непонятно что, я со страхом наблюдала за его ртом, ожидая, что он мне откажет. Но он впервые, мягко улыбнувшись, произнес:

— Вместе, девочка. — и моя ладошка потонула в его руке.

У меня будто с души камень свалился, настолько сильно я боялась и переживала его возможный отказ. Медленно поднялся, не выпуская руки, и мы направились в спальню. Уже, будучи в комнате, Доминик говорит о том, что нам надо в душ и отправляет меня туда первой, обещая через несколько минут присоединится. Но проходит минут пятнадцать, прежде чем я понимаю, что что-то не так. Доминик не пришёл. Осторожно приоткрываю дверь, и на моем лице расцветает счастливая улыбка.

Заснул. Прямо в костюме. Этого конечно стоило ожидать. Во сне его немногочисленные морщинки разгладились. Я не стала даже пытаться его раздеть. Боялась потревожить его сон. Понимала, он слишком устал. Но отказать себе в удовольствии прикоснуться к нему, я не смогла. Тихонько опустилась на кровать рядом с ним и провела ладонью по его волосам. Затем спустилась к лицу. Кончики пальцев слегка подрагивали от волнения, но я все равно провела ими по щеке, на которой бледнел шрам. Во сне Доминик слегка наклонил голову в мою сторону, а я не сумела устоять и прильнула к губам в лёгком, почти неощутимом поцелуе.