– Каминский!?

– А!? – обернулся тот, суетливо поправляя ворот своей ученической формы. – Алекс прива! А ты что тут делаешь?

– Блин, не дрова же колю? Экзамены сдаю!

– Ай! Точно! Ты же рассказывал! А я тоже сдаю. Точнее пересдаю, – буркнул под конец уже совсем тихо он. – Не допустили меня до экзамена в прошлом году. А с такими «хвостами» тех, кто по программе для бедноты, на раз отчисляют. Это богатеньким можно не париться, а нам приходится туго.

– Проклятые эксплуататоры всегда угнетают рабочий класс! Отсутствие доступа к знаниям, один из их методов. Да вспыхнет ярким пламенем дело революции! No Pasaran! – вскинул я кулак в рабочем приветствии.

– Чего!?? Ты что из этих?? – недоверчиво покосился на меня Каминский.

– Шучу я, не из этих я, кем бы они «эти» не были, – отмахнулся я. Чего это на меня за придурь нашла, сам не знаю.

– Оу, а я было уже напрягся, – выдохнул парень. – Не люблю я их, сумасшедших либераторов из Лиги. Нет, у них там много хороших идей есть. И про равенство Одаренных и про честное распределение доходов от полезных ископаемых, но палку иногда сильно перегибают..

– Мих, а почему не допустили на сдачу то? – перевел я разговор, не желая обсуждать политику. – Зачеты какие-то завалил?

– Да не-е-е… – отмахнулся Мишка. – С преподом не сошлись характером. Шуток он не понимает.

– Не понял. Как их еще шуток?

– Эм-м. – замялся парень.

– Не томи, говори как есть. Интересно же, – подбодрил его я.

– Только никому не рассказывай, – сказал Каминский и дождавшись моего кивка, продолжил: – В прошлом году, на уроке физики, поспорил я с преподом, что в его аудитории медь не проводит электричество.

– А зачем, собственно?

– Особо и незачем, просто шутки ради. На день Лекаря, в прошлом году. Все же друг друга разыгрывают.

– Да знаю я, типа первое апреля у нас.

– Первое апреля? – вопросительно посмотрел на меня студент.

– Ай, да не бери в голову. Я же из деревни, у нас там свои праздники.

– Ага, – рыжий кивнул. – Вот и я решил разыграть нашего препода. Сказал ему что в его лабе электричество бракованное. И проверить предложил. Ну он и взялся. Во все розетки проверил. Ни одна не работает, хоть и под напряжением.

– Какая-то не особо смешная шутка.

– Это я и сам сейчас понимаю. А тогда почему-то казалось прикольным, – Мишка скорчил слегка виноватую физиономию. – Короче, не вышло у него ничего. Не работают розетки и всё тут.

– А мультиметр?

– Он тоже слегка начал тупить. То, что-то показывал, то нет.

– Ну ты даешь, – улыбнулся я. – И в чем хитрость? Колись давай.

– Лак! – с довольной улыбкой просветил меня рыжий.

– Что, лак? – не понял его я.

– Лак для ногтей. Взял у девчонок и намазал все вилки «вилки». Абсолютно ВСЕ!

– Тихо вы, сейчас препод придет, – шикнула на нас девушка с передней парты.

И точно, не успела она об этом сказать, как в аудиторию зашел молодой темноволосый мужчина. Одет он был в нечто напоминающее поповскую рясу, только длиной всего до колена. Поверх этого одеяния, с каждого плеча, свисали широкие бордовые ленты украшенные загадочными колдовскими символами. Из-под полы «рясы» виднелись обычные штаны и коричневые ботинки. На голове преподавателя гордо восседала квадратная черная шляпа с веревочкой-кисточкой, из-под которой торчали в разные стороны локоны буйной шевелюры. Знакомая личность. Один из самых молодых преподавателей – профессор Глен Рэйдерс. Знатный бездельник и разгильдяй, а также по совместительству гений Дара. Гений-практик я бы даже добавил. Забавный тип, который может одним щелчком уничтожить армию средних размеров, но не будет, потому что ему лень. С ним мы заочно знакомы, из-за специфики пересечения сфер нашей деятельности. Приходилось прибирать бардак за его ученичками, причем не раз. Странно, зачем он тут? Он же ни разу не математик!?

Войдя в аудиторию, профессор поприветствовал всех собравшихся коротким кивком. Затем прошел почти до середины класса и широко разведя руки в стороны вопросил громким резонирующим басом, – готовы ли алчущие знания принять его?

– Готовы! – ответили мы нестройным хором. Точнее ответили все остальные, а я просто подхватил быстро сориентировавшись.

– Готовы ли алчущие знания открыться наставляющему?

– Готовы!

– Готовы ли алчущие знания нести его в своем сердце?

– Готовы! – тут я уже крикнул даже раньше остальных.

– Фух-х… Официальная часть закончилась, ребятки. Ну и жарко же в этой робе, – с этими словами Глен стащил с себя рясу вместе с лентами и скомкав положил на преподавательский стол.

– Короче, молодежь, – продолжил он. – Ваш преподаватель по математике, который должен был проводить экзамены, не сможет присутствовать на экзамене по некоторым причинам. Вместо него администрацией Макадемии назначен я. Как человек не желающий тратить свое время впустую, я попросту раздам вам тесты, которые необходимо будет заполнить. На всё про всё вам два часа, – с этими словами профессор, уселся за свой стол и достав телефон погрузился в глубины Вебнета. Отлично, чё. Математику считай сдал. Только вот сами тесты то где?

– Извините, профессор! – подняла руку девушка с косичками. – А где нам взять эти тесты?

– Оу, – профессор смутился, подняв на нее глаза, и чуть поправил свою шляпу на затылок. – Забыл раздать!? С этими словами он порылся в учительском столе и достав оттуда несколько листков бросил их на её парту. – Вот они, разбирайте.

Ну и лентяй, – отразилось на лице девушки, но вместо ожидаемого возгласа возмущения она молча передала нам лишние бумаги. Переглянувшись с Каминским, мы разобрали свои варианты, и как один погрузились в их решение. Для меня ничего сложного не оказалось, недаром потратил целый день на повторение давно изученного. Практическую часть решил «на автомате», а вот на теории слегка застрял, задумавшись над незнакомыми терминами. Подумав, повспоминав, я все-таки вымучил из себя остатки знаний и начеркал галочек над правильными ответами.