Дотянулась наощупь до его холодных пальцев, сжимающих руль. Ожидая от него какой — нибудь реакции. Последовала незамедлительно. Медленно, но уверенно вернул ладонь на ее колено. Отстраненно. Будто не он давал ей изучать собственное тело. Раскрывая перед ней и ее чувства. Глубокие и потрясающие до дрожи. Мечтать не предстало. Намного ярче, чем могла бы просто увидеть. Не обращался с ней, как с изнеженной принцессой. Не жалел, наравне разделяя с ней желания. Полноценно и больше, чем нормально.

— Не отвлекай, — его исчерпывающий ответ звучал резко. Неужели она опять что — то ляпнула не то или сделала? Старалась повторять его движения. Давать тот же необузданный напор, каким он жадно целовал ее. Подстраивалась, утоляя их общий голод.

— Тебе не понравилось? — решилась Морганит. Вновь протянула руку чуть выше, касаясь губ мужчины. Твердые. Очень теплые. Пыталась мысленно представить, тонкие или полные. Снова оттолкнул, настойчиво убирая шаловливые пальчики. — Тебе можно, получается, трогать меня, где хочется, а меня ограничиваешь. Нечестно.

— Ты вошла во вкус, — как — то странно язвительно заметил Ральф. Пронизывающая саркастичность. Словно он нарочито подчеркивал каждое слово. — Тебе понравилось очень. Вчера ты кричала о том, чтобы я не приближался, а сейчас хочешь другого.

— Вчера ты казался мне похотливым монстром, — вспыхнула Морганит, понимая, к чему ведет он. Если бы она знала, что происходит с ней. Эта потребность в новых ощущениях. В его сильных руках, сжимающих и не отпускающих. Развратных и в то же время заставляющих чувствовать себя в защите. Ароматы цветов и его запах до сих пор били в ноздрях, проникая в головной мозг. Лишал возможности думать. Оценивать поведение. Просто согреваться в его жаре. Теряться в грубых непозволительных поцелуях, отбрасывая все воспоминания и страхи.

— Что ты думаешь обо мне сейчас? — ни капли интереса в тоне. Наоборот, показалось, что он раздражен. Проговорил быстро, разворачивая машину так, что она едва не вылетела вперед. В стекло. От крутого поворота и резкой остановки. С ним определенно творилось нечто странное. Невозможно угадать, чего ожидать. Вместо же страха испытывала любопытство. Охоту принять невидимый вызов. Может, не бросал его, тем не менее она, действительно, вошла во вкус спорить с ним. Доводить его, а после — таять от нахальных вторжений. От злости, сменяющейся желанием.

— Ненасытный зверь, — осторожно взмахнула ладонью, стремясь дотронуться до гладкой щеки. — Что ты думаешь обо мне? Вот такой слепой и неполноценной. Пожалел же?

— Ты не неполноценная, — перехватил ее запястье, крепче прижимая обратной стороной ладонью к щеке. — Ты — особенная. Сладкая доверчивая девочка, которую я развращаю.

— Я не верю, что это сон или реальность, — призналась Морганит. — Мне кажется, что это не моя история.

— Не беспокойся, — многообещающе произнес Ральф. — Очень скоры ты примешь такую реальность. Привыкнешь к ней. История с самым неожиданным концом.

— А мне понравится эта история?

— Я заставлю тебя полюбить ее, — она напряглась от прозвучавшей в его тоне скрытой угрозы. Тайной. Неся откровенно опасный смысл. — Пролог есть. Остались кульминация и развязка.

— Что ты имеешь в виду? — не успела понять, как мужчина отпустил ее. Хлопнул громко дверцей машины. Ее кожа покалывала от его касания. От его горячего дыхания. Поднесла к носу, вдыхая оставшийся на ладони запах корицы. Притягивал ее, как порочное и неизвестное. Еще много секретов скрыто в нем. Загадок. Странных томительных фраз.

Дверца с ее стороны распахнулась. Секунда — мужские руки подхватили ее, рывком подбрасывая в воздухе. Понес куда — то под удивленные возгласы непонятно откуда взявшихся мужчин. Навалившихся на них градом вопросов. Перекрикивающих друг друга. Женские перешептывания совсем вблизи от ее уха. Сердце подпрыгнуло, стоило разобрать приближавшийся к ним ласковый слегка сломленный, видимо, от слез голос нянечки. Привез ее домой. Охранники, наверняка, с удивлением впускали незнакомца, который нес драгоценную ношу в виде дочери хозяина. Причем почти обнаженной. От последней мысли Морганит уткнулась кончиком носа в шею мужчины. Прятала покрасневшее лицо. Неосознанно тянулась к нему, ища защиту.

— Кто ты такой? Что с моей дочкой? — разразившемся грозным громом прозвучал голос отца. Она крепче прижалась лбом к мужчине, будто безмолвно прося не отпускать. Не исчезать. Не оставлять лишь пелену воспоминаний и пережитых ощущений. Таких, каких никогда больше не испытает. Памятью о их бурном совместном душе и инциденте на цветочной полянке сохранить его касания на теле. Разве есть другой финал? Не пара.

Не внял ее бесшумной просьбе. Медленно спустил ее на твердую поверхность. Руки, согревающие и погружающие в запретный грех, разжались. Словно лишая ее шанса еще раз быть согретой. Быть желанной. Быть женщиной, имеющей власть над здоровым полноценным мужчиной. Не ущербной. Только он дарил ей подобную уверенность.