– С мертвецами – о жизни?!

– Почему бы и нет? Мы ведь разговариваем о смерти.

– А если серьезно? Что ты о них думаешь?

– Если они действительно умершие, то живущие – гораздо страшнее.

– А объяснить этот феномен ты никак не попытаешься? Ведь то, что мы увидели, переворачивает все законы природы, все утверждения науки!

– Эх, Олег. Что ты знаешь о науке, а тем более о законах природы? Все возможно в этом мире. Вселенная безгранична и безгранично ее разнообразие. Если ты будешь пытаться все на свете объяснить, то, в конце концов, сойдешь с ума. Привыкай принимать все таким, каким оно есть. Я, например, за свой век столько всего перевидал, что не удивлюсь, если вон та птица на ветке сейчас заговорит.

– Так уж ли не удивишься? – раздался вдруг скрипучий голос.

Мужчины ошарашено переглянулись.

– Кто это сказал? – настороженно спросил Саньфун.

– И ежу понятно, что не твой друг, – раздался тот же голос. – Это я, птица.

– Но птицы не могут разговаривать, – удивленно промолвил хаджуй.

– Болван, даже попугаи могут разговаривать, а тем более я, – ответила птица и, сердито хлопнув крыльями, улетела.

Саньфун с открытым ртом смотрел на ветку и, похоже, не собирался его закрывать. Олег, увидев лицо хаджуя, так и покатился со смеху.

– Ты, Саньфун, хоть рот закрой, а то муха влетит.

– Какова наглость! Если птицы станут называть меня болваном, то как же назовут люди?

Олег веселился до упада. Саньфун, который так рьяно, с такой гордостью и достоинством отстаивал свои взгляды, так позорно потерпел фиаско!

– Ты таки прав, Саньфун, тебя ничем не проймешь, – подкалывал Олег.

– Ну, хорошо, твоя взяла. Попробуй тут не удивись, когда сначала оживают мертвецы, а потом птицы начинают ругаться, подслушивая чужие разговоры. Куда, в конце концов, смотрит Филлоя, наша хваленая любимая?

За последующие несколько дней, прошедшие без особых событий, друзья преодолели пятьсот миль. Через день они рассчитывали прибыть на место. Они полным ходом неслись по лесной тропе, когда увидели впереди человека, преградившего им путь. Приструнив лошадей, друзья остановились. Усатый мужчина с длинным шрамом на щеке, выглядящий лет на сорок, оценивающе разглядывал их.

– Хорошие у вас лошади, – сказал он. – Зачем двум парням шесть лошадей? Несправедливо. У некоторых нет ни одной. Например, у меня и у моих братцев. Пешком ходить трудно. Может, поможете нам?

– Конечно, – ответил Саньфун. – Отчего же не помочь добрым людям? А сколько же у тебя братцев?

– Достаточно для того, чтобы вы нам помогли. Но мы к тому же испытываем денежные затруднения и голодаем. Если вы будете так добры, что поможете бедным, несчастным, обездоленным нищим денежным подаянием, то мы не посмеем больше задерживать таких добрых и щедрых людей.

– Что за вздор он несет? – спросил Олег на хаджуйском языке.

– Его слова имеют примерно такой смысл: “Слезайте с лошадей, выворачивайте карманы и валите отсюда, пока целы”. Я пытаюсь выведать, сколько с ним братцев-разбойников, которые наверняка сейчас глазеют на нас из зарослей.

– Ах, вон оно что! – стукнул себя по лбу Олег, чувствуя нарастающую в душе ярость. – Но зачем вся эта комедия?

– Видно, она ему приносит удовольствие.

– Сейчас мы посмотрим, кто из нас останется доволен.

Олег поднял руку, ссучил здоровенную фигу и сунул ее разбойнику под нос. Тот заинтересованно рассмотрел ее со всех сторон и сунул Олегу такую же. Олег онемел. Он попробовал любимый жест Майкла, выпрямив средний палец кулака, но жест не возымел никакого эффекта. Разбойник тупо уставился на палец Олега и, видимо, поняв его значение по-своему, сказал:

– Вы меня не поняли. Одной лошади будет мало. На всех ее не хватит.

Разбойник явно терял терпение.

– Значит, вам нужны все лошади? – спросил Олег.

– Ты поразительно догадлив, – ответил бандит и заржал во весь голос. Его хохот подхватило с десять глоток в зарослях.

– Они сделали ошибку, – сказал Саньфун на хаджуйском. – Ты заставил их выдать свое количество.

– Дорогой друг, – обратился Олег к разбойнику. – Не будешь ли ты так любезен принять от меня в подарок золотую звездочку?

– Не откажусь, но знай, что, вручив подарок только мне, ты обидишь моих друзей. Так что не забудь о подарках и для них, – он снова засмеялся, а братия в зарослях подхватила его смех дружным ржанием.

– Не забуду, – сказал Олег и метнул в разбойника звездочку маров, хоть и не золотую, но зато в корне меняющую дело. Она воткнулась бандиту в лоб. Саньфун натянул лук и одну за другой выпустил три стрелы в крону ближайшего дерева. Оттуда с гулким стуком свалилось три трупа. Друзья хлестнули лошадей и помчались. На дорогу выскочило восемь разбойников, размахивающих мечами. Олег на полном скаку, держась одной рукой за узду, метнул еще две звездочки. Ни одна не миновала цели. Потом он резко остановил коня, поставив его на дыбы, и, взмахнув мечом, снес одному из бандитов голову. Олег соскочил с лошади и отбил удар напавшего разбойника с такой силой, что меч вылетел у того из рук. В следующий миг враг упал, пронзенный насквозь. Олег вовремя успел обернуться, потому что один из противников занес меч над его головой, собираясь нанести коварный удар сзади. В последний момент Олег отскочил в сторону и выставил вместо себя лезвие своего меча. Враг не успел затормозить удар и, вместо того чтобы сразить противника, обрубил свои руки о его меч. Он издал страшный вопль и упал. Саньфун тем временем, метнув нож в одного и проткнув копьем второго, зарубил третьего, переломив мощным ударом его меч.