Горячий чай, шоколад и веселая болтовня Сони немного успокоили, но чувствовала я себя так, что с удовольствием бы выпила вместо чая стакан коньяка, хоть и терпеть его не могу, зато от него быстро пьянею и засыпаю. Остаток дня провела, как во сне, все роняла из рук, которые перестали мелко трястись только спустя час, была рассеянной и невнимательной, цифры никак не хотели сходиться и к концу дня голова болела действительно сильно. Дома, выполняя все домашние дела, все вспоминала его лицо, когда сказала ему те слова. Как будто ему было очень важно, что я скажу. И это возрождало из пепла давно похороненную надежду.

Глава 3

Еще неделю я провела, постоянно озираясь по сторонам, боясь и одновременно желая его увидеть, и дергаясь от любых звуков. Ночами не могла нормально спать, потому что снился Игорь, и каждое утро я встречала на мокрой подушке. А еще у меня развилась мания, что за мной следят. Поэтому к концу недели, я уставшая и измученная пошла к директору выпрашивать отпуск.

– Ника, дорогая, но у тебя отпуск запланирован только через два месяца. – он посмотрел в график.
– Ты же сама так хотела, а теперь просишь отпустить тебя. И потом график давно утвержден.

– Сергей Борисович, ну хоть недельку! Давайте разобьем мой отпуск. В сентябре меньше отдохну. Я так больше не могу, понимаете!

Директор у нас был нормальный мужик, понимающий, хоть иногда и орал так, что стены тряслись. Сейчас он внимательно меня осмотрел и минуту сидел в своем кожаном кресле, вертя в руках дорогую ручку.

– Да, выглядишь ты действительно неважно. Что стряслось?

– Это личное.

– Личное, говоришь? Ладно, черт с тобой, иди в свой отпуск. – сказал, размашисто ставя подпись на приказе. – Но чтобы в следующий понедельник была на месте, как штык. Лично проверю.

– Спасибо, Сергей Борисович! – я готова была его расцеловать, но радостно схватив приказ, побежала в отдел кадров.

А вечером, быстро побросав в дорожную сумку, пару сарафанов, маек и шорт, вызвала такси до вокзала. Не могу больше в этом городе, мне нужно хоть немного передохнуть.

Междугородний автобус быстро довез меня до нужного населенного пункта, когда солнце еще только клонилось к закату, окрашивая все вокруг во все оттенки золотисто-оранжевого. Я осмотрелась по сторонам, вдохнула полной грудью свежего воздуха, чувствуя, как напряжение последних недель понемногу отпускает меня. От вокзала мне было идти минут пятнадцать, поэтому я неспешно шла, оглядываясь по сторонам и замечая, как деревенские дети катаются на велосипедах, мимо проезжают машины, бабушки сидят на лавочках, обсуждая последние новости.

Дойдя до нужного дома, я посмотрела и отметила, что родители поставили новый забор. Этот дом они купили два года назад. Именно о таком доме они мечтали последние лет десять – добротный двухэтажный дом из кирпича с большой верандой и небольшим садом и от нашего города не так далеко, каких-то сто километров.

Открыв калитку, я сразу же увидела папу, что-то мастерящего в саду. Мамы не было видно, скорее всего в доме готовит ужин, тем более вокруг витает сладкий запах свежей сдобы.

– Хозяева! – крикнула во всю силу своих легких и замерла с улыбкой на губах в ожидании, когда папа повернется и увидит меня.

– Ника! Вот проказница! – папа быстро преодолел, разделяющее нас расстояние, и заключил меня в крепкие и такие родные объятия. – Дочка, почему не сказала? Я бы встретил.

Он отошел на шаг и смотрел на меня, когда в дверях появилась мама.

– Вася, кто там кричал? – через секунду она заметила меня и громко вздохнув, тоже бросилась обнимать. – Никуля, родная, ты приехала! Надолго?

– На недельку. Выпросила отпуск, решила к вам приехать.

– Это ты молодец, но почему не предупредила? Я бы чего-нибудь вкусненького приготовила.

– Вот поэтому и не позвонила. Не хотела беспокоить.

– Ты что такие глупости говоришь? Мы всегда тебе рады! Пойдем в дом. Устала, наверное? Сейчас ужинать будем. Вася, забери чемодан!

Мама вела меня, обнимая за плечи и не переставая говорила.

– Худющая какая стала! Кожа да кости остались! Ты что совсем не ешь ничего? Или это тебя так на работе замучали? – продолжала допытываться мама.

Я успевала только кивать или отрицательно махать. Так мы вместе накрыли на стол на веранде, потом поужинали на свежем воздухе. От вкусной еды я так разомлела, что чуть не заснула за столом. Мама, глядя на это отправила меня спать.

Ночь я впервые спала спокойно – без сновидений, и наконец, смогла отдохнуть.

Всю неделю я только и делала, что загорала днем, много читала и спала ночью, как убитая. Нет, конечно, я еще помогала по дому, но в принципе занятий никаких особо не было – грядки полить да помочь маме с готовкой. Ночами снилось что-то приятное и неуловимое, и стоило только открыть глаза, как тут же все забывалось.

Но как хорошо мне тут не было, нужно было все же возвращаться. Поздним вечером в последний день перед отъездом, мы сидели с мамой на веранде обнявшись и болтали о всяких пястках, как вдруг она спросила: