– Сейчас, родная, мы поедим. – Погладив живот рукой, успокоила дочь я. До обоняния донесся вкуснейший запах горячей, свежеприготовленной еды. Я повернулась на стук в дверь. Села со всей предосторожностью, поправив на себе одеяло, и пригласила войти.

– Входите. – Двери каюты раздвинулись, впуская молодого медика, с подносом на руках. – Доброе утро.

– Добрый день скорее. – Улыбнулся парень. – Как ваше самочувствие?

– Отличное. – Ни боли, ни каких других признаков схваток или еще чего я не ощущала.
– Извините, не знаю, как вас зовут.

– Аксель, а вы Элли, приятно познакомиться. – Он поставил на мои колени поднос и я уплыла в мир горячих булочек и аппетитной каши. Даже забыла, что медбрат до сих пор стоит рядом. Меня хватило только на то, чтобы мотнуть головой в сторону стула, и опять уплыла в мир чревоугодия.

Представляю, как я со стороны выглядела, уничтожая такой долгожданный завтрак. Доев до последней крошки, я вытерла губы салфеткой и вспомнила, что Аксель еще сидит здесь. Стало жутко неудобно и стыдно.

– Извините, Аксель. – Попробовала я извиниться и раскаяться.

– Никаких извинений, Элли. – Парень поднял руку, останавливая мой поток извинений. – Это отлично, что вы пришли в себя и у вас аппетит беременной и абсолютно здоровой женщины. Давайте, я заберу у вас поднос. – Он забрал его с моих коленей. – И я вас послушаю и осмотрю, так что отбросьте глупости и ложитесь поудобнее.

Кивнула головой и улеглась, получив пяточкой в ребро. Выдохнула, все – таки дочь у меня разбойница и очень боевая, ударчик был весьма ощутимым. Медбрат улыбнулся, заметив, что я поморщилась.

– Пинается?
– Полюбопытствовал он, доставая приборчики и приспособления, в которых я совершенно не разбиралась.

– Еще как. – Я улыбнулась, почувствовав еще удар.

– Боевая растет. – Пошутил Аксель.

Мужчина меня осмотрел, послушал, прослушал сердечный ритм у малышки. Остался очень довольным и, попрощавшись, ушел, наказав в случае возникновения даже намека на боль или неудобство сразу к ним, в лазарет.

Клятвенно заверила, что так и сделаю, и спросила, пока не ушел.

– Как там Дориан? Его можно навестить?

– Дориан еще в лазарете, под присмотром. Навестить его можно, даже нужно, а то он лежать не хочет, все бежать куда-то нужно. – Аксель, как все врачи, волновался о состоянии больного, и не понимал, почему все больные бегут. – Можете сейчас идти к нему, я вас провожу.

– Спасибо, Аксель. – Я хотела навестить Дориана, но чуть позже. – Я приведу себя в порядок и приду сама, дорогу знаю, не волнуйтесь.

Как только за Акселем закрылась дверь, я встала, аккуратно, без резких движений, и отправилась в душ. Встав под прохладные струи, я удовлетворенно застонала.

Душ меня взбодрил и прибавил сил, я шустро оделась и отправилась в сторону лазарета. Зашла, огляделась, все-таки первый раз я не успела оглядеться.

Лазарет впрочем был похож на все остальные, разве что оборудование было более новым и современным. Медбрат, дежуривший здесь, кивнул мне и указал на ширму. Дориан лежал за ней, в центре комнаты.

– Можно? – Поинтересовалась я.

– Входи. – Раздался с придыханием голос.

Я отодвинула ширму и шагнула внутрь. Дориан лежал на специальной кровати, по пояс закутанный в гипс. Да, Дэю надо будет постараться вытащить его с этого корабля.

– Привет. – Поздоровалась я, отмечая мертвенную бледность и гримасу боли на лице, едва он попытался пошевелиться. – Не шевелись. – Краем глаза я заметила, что Дориан обеспокоенно посмотрел на мой живот, пытаясь забыть пережитый страх потери своей половинки. Почувствовав ощутимый пиночек дочери, я вздохнула. Дочь вся в папочку, упрямая. – Мы тут пришли к тебе, поздороваться.

Я подошла ближе, и аккуратно взяв его ладонь, прижала к своему животу. Маленькая пяточка тут же пнула в подставленную ладонь. На лице Дориана тут же расцвела улыбка, и в глубине его глаз загорелась любовь, к его еще не рожденной паре. Для меня это было дико, Эти чувства, прикосновения, я уже привыкла, что к моему животу прикасается только Даниэль. А здесь рука другого мужчины, так что небольшое чувство дискомфорта я все же ощущала.

А дочь выставила под ладонь будущего мужа то ли попку, то ли спинку, стараясь впитать тепло от ладони, и замерла.