– С ним все в порядке, - устало ответил он.

Как ни пыталась я себя контролировать, негодование от такого равнодушного ответа все же прорвалось наружу.

– Как ты можешь быть так спокоен?! Это же твой брат! А если с ним что-то случится?!
– возмущённо воскликнула я.

Глеб сразу же отложил вилку, которой до этого ловко орудовал в своей тарелке, и посмотрел на меня с любопытством.

– У тебя что, совсем нет инстинкта самосохранения?
– с шуточной угрозой спросил он.

Мне хотелось верить, что с шуточной.

– Я просто не понимаю, - попыталась оправдаться я, - Ты приехал и даже не поинтересовался, где он. А когда я сказала, что он сел пьяный за руль, тебя это нисколько не встревожило... Такое ощущение, что тебе просто плевать на него!

Ну вот, кажется, я опять нагрубила. От страха разгневать его своим обвинением, я закусила губу. Мы только вдвоём с ним в этом доме, за окном ночь, и если он захочет проучить меня, никто не сможет ему помешать. Но, к счастью, Глеб не разозлился.

– Конечно же, это не так, - спокойно ответил он, - Мы просто в последнее время немного... Не ладим.

– Я думала, что близнецы по умолчанию должны быть дружны и неразлучны.

– Так всегда и было. Просто сейчас у нас сложный период, - ответил Глеб.

А я не могла понять, почему вдруг он стал таким разговорчивым.

– Из-за чего?
– спросила я, немного осмелев.

– Тебе не кажется, что ты задаёшь слишком много вопросов?
– нахмурился он, - Меньше знаешь, лучше спишь.

– Прости, - поспешила извиниться я, очень не хотелось терять его доброе расположение ко мне, - Можно тебя попросить?

– Смотря о чем, - Глеб закончил свою трапезу и отодвинул тарелку, - Спасибо, было вкусно.

– На здоровье, - ответила, вставая и принимаясь убирать посуду.

Глеб молча поднялся и принялся мне помогать.

– Позвони, пожалуйста, Егору, узнай все ли у него в порядке и где он, - попросила я с замиранием сердца.

Глеб мог отреагировать агрессивно на мою безобидную просьбу, и я этого боялась.

– Да все с ним в порядке, - раздраженно произнёс он, - Не хочу я ему звонить.

– Откуда ты знаешь, что все в порядке?
– не унималась я.

Глеб ничего не ответил. Мы закончили убирать посуду с кухонного стола, составили все в посудомойку.

– Я пойду, уберу ещё в столовой, а ты пока позвони, пожалуйста, - умоляюще посмотрела я на него.

– Я тебе помогу, - сказал он, игнорируя мою просьбу.

В молчании мы прошли в столовую и принялись убирать посуду, партиями перенося ее в кухню.

Я взяла мусорный пакет, сгребла туда остатки блюд с тарелок, Глеб убрал недопитые бутылки с алкоголем в бар. В конце уборки мы оба снова вернулись на кухню, составили остатки посуды и запустили посудомоечную машину. Я помыла руки и вытерла кухонным полотенцем, решаясь на ещё одну попытку уговорить Глеба позвонить Егору. Внезапно он подошёл сзади, когда я совсем этого не ожидала, и обнял за талию, положив мне на плечо подбородок.

– Ты так о нем волнуешься, - проникновенно произнёс он мне прямо в ухо, - Аж бесит.

Я резким движением вырвалась из его объятий, отходя на несколько шагов назад и выставив вперёд свои руки в качестве защиты.

– Если ты задумал опять распускать руки или что-то в этом роде, то даже не смей!
– с негодованием посмотрела я на него.

– Почему? Разве я не нравлюсь тебе?
– скептически усмехнулся он.

– Нет! Не нравишься!
– почти закричала я, - Как ты не поймёшь, что мне нравится Егор?!

– Если нравится он, значит, нравлюсь и я, мы же с ним одинаковые, - ровным голосом произнёс он, делая шаг в моем направлении.

Я снова попятилась, и уткнулась в столешницу. Дальше отступать было некуда.

– Нет! Вы разные! Вы очень разные, Егор совсем другой, - возразила я, оглядываясь вокруг, судорожно ища пути отступления.

– И что в нем есть такого, чего нет во мне?
– спросил он, медленно сокращая между нами расстояние.

– Он добрый, хороший... И он уважает меня, - я снова выставила руку, останавливая его, - Не подходи.

– Я тоже уважаю, - не обратив внимания на мой знак протеста, он все же приблизился и оперся руками о столешницу по обе стороны от меня.