Образ моего отца за кафедрой мелькает в голове: «Берегите свои умы от грязных мыслей. Они от дьявола, он просто является в соблазнительном обличии».

Вот что сказал бы он. Точнее то, что говорил.

Я не могу представить себе более соблазнительную и заманчивую форму дьявола, чем мистер Гейб. Его лицо красивое и точеное, словно у кинозвезды. То, как он смотрит на меня – самодовольно и хитро, будто знает все мои тайны, заставляет мурашки бегать по моим рукам. Его губы…

Нет.

Хватит. Возьми себя в руки, Пьюрити. Тебе не нужно думать о губах мистера Райана.

Губы мистера Райана.

Я повторяю это снова и снова: профессор Райан, профессор Райан, будто если я повторю его имя достаточное количество раз, то забуду о нем.

– Ты следила за мной, Пьюрити?

Я вздрагиваю, отчасти потому, что голос, исходящий из ниоткуда меня пугает, но и потому, что его голос – будто из моих мыслей.

Моих не очень невинных мыслей.

Поворачиваюсь к нему лицом. Мое сердце учащенно бьется, словно я только что пробежала марафон. Кажется, я не могу дышать, не в тот момент, когда он стоит в этом коридоре, глядя на меня так, как он это делает.

Выражение его лица посылает дрожь по всему моему позвоночнику, но не от страха. Жар мчится сквозь меня, когда он рядом. Я переминаюсь с ноги на ногу, сжимаю бедра вместе и молюсь о том, чтобы чувства, происходящие внутри меня, остановились.

Проблема в том, что я не уверена, хочу ли я, чтобы эти ощущения прекратились.

Думаю, мне это нравится.

– Пьюрити?

– Эм… что? – заикаюсь. Я слышала, как он задал вопрос, но не могу осмыслить, что он сказал. Потому как мои уши хоть и слышали что-то, мой разум направлен на его губы, которые говорят со мной.

Я не могу перестать думать о том, как могли бы ощущаться его губы и щетина на моей коже.

Профессор Райан оглядывается через плечо, а затем идет ближе ко мне по коридору. Инстинктивно я делаю несколько шагов назад, но останавливаюсь, когда понимаю, что стою почти у стены.

Почему мысль о том, что он прижимает меня к стене, только усиливает пульсацию между ног?

– Ты следила за мной, Пьюрити? – повторяет мистер Райан. Он стоит так близко, что это почти непрофессионально. По крайней мере, я так думаю, потому что мои веки невольно трепещут, когда вдыхаю его аромат. Он воспользовался лосьоном после бриться, и запах едва ощущается. Он мужской, но не настолько сильный, как одеколон. Я чувствую намек на запах пиццы, доносящийся из ресторана, и это меня настолько пьянит, что я едва могу думать.

Следила за ним?

– Эм, зачем мне это делать? – как полная идиотка заикаюсь я, будто бы забыла английский язык. Это потому, что он застал меня врасплох.

– Зачем ты следила за мной? Почему ты здесь? – гнев мелькает в его глазах, но даже при этом, часть меня желает, чтобы его губы обрушились на мои.

Эта мысль безумна, понимаю. Это мысли девушки, которой всю жизнь все запрещали, и никто никогда не пытался поцеловать ее.

Должно быть, я самая чудная девушка в мире, потому что мое сердце бешено стучит, а мысли уносятся в грезы. Я воображаю, как он целует меня, хотя на самом деле кричит на меня.

Он слишком много возомнил о себе, думая, что я слежу за ним.

– Я не следила за вами, - отвечаю ему. Я еще раз отступаю, чтобы выдержать дистанцию между нами, но натыкаюсь на стену позади себя. Я вздыхаю, когда получаю хоть какое-то пространство между нами, вдыхая воздух, который не пропитан его запахом, делающим мои мысли нечеткими и глупыми прямо сейчас.

– Будто ты сама нашла это место, - скептически произносит он.

– Моя соседка привела меня сюда, - огрызаюсь я. – И вообще, это не ваше дело.

– Не мое дело? – рычит он. – Твой отец просил меня присмотреть за тобой.

– Я думала, мы уже решили, что вы не моя нянька, - не могу не напомнить ему я.

– Ты – мое дело, пока я вижу, как парочка озабоченных придурков пытаются воспользоваться тобой.

Раздражение проносится сквозь меня. Мне казалось, что я освобожусь от нравоучений моего отца, уехав из Саус Холлоу, чтобы учиться в этом колледже. Я думала, что стану наконец-то независимой.

Я думала, что дни, когда мне кто-то будет указывать, что делать и куда идти, какую носить одежду, о чем думать и что ощущать, закончены.

Но теперь этот мужчина, которого я не видела много лет, и с которым у меня не было никаких взаимоотношений, когда я была ребенком, явно считает, что я – его дело и, что он вправе лезть в мою личную жизнь, словно мой отец.

Будто он знает, что будет лучше для меня.

Я стою и смотрю ему прямо в глаза.

– Вопреки тому, что вы, очевидно, думаете, профессор Райан, я не наивная маленькая девочка, за которой вам нужно приглядывать, - я резко сглатываю, желая, чтобы мой голос казался твердым. Но, несмотря на это, я все-таки чувствую себя глупой маленькой дурочкой из провинциального городка, которая ничего не знает о колледже и жизни вне своего дома.