– О, милый, пожалуйста. Я потею исключительно вовремя обязательной физподготовки… или в постели, – ответила она, возвращая подмигивание.

– Эмберли! – я скривилась, когда мы прыснули со смеху.

Физподготовка никогда особо не радовала Эмберли. Она жаловалась на всё, начиная от перелома лодыжки до капелек пота, стекающих ей в глаза. Вы бы подумали, что армия придаёт женщине жёсткость, но эта девушка продолжала ломать стереотипы.

Мы с Эмберли прошли к местам под открытым небом на стадионе, чтобы присоединиться к Арии и Эшли.

Ария откинула волнистые белокурые волосы через плечо.

– Так в этой игре девушек не будет? – она рассмеялась.

Я пожала плечами.

– Полагаю, что нет.

Ария наклонилась, вскидывая брови.

– Ладно, а теперь, Чесни, что там за история межу тобой и пламенно-горячим сержантом Томасом? Не утаивай.

Я попыталась сохранить непоколебимое лицо в то время, как всё, что я хотела, это закатить глаза.

– Каким сержантом? – Кто вообще так говорит? На военной базе ничего нельзя было утаить в секрете. Никогда. В итоге, все узнают о моих делах, хотела я этого или нет. – Нечего говорить. Мы танцевали. Хорошо провели время. Я вернулась в свою комнату и легла спать, – я говорила сухо, пытаясь не покраснеть, когда вспомнила, как Зейн прижал меня к стене снаружи клуба.

Сохранить свою личную жизнь личной было тяжело. Слухи расползались, словно лесной огонь, и хоть все девушки казались милыми, я ещё не поняла, кому я могу полностью доверять. Пока.

– Ладно, я понимаю, – засмущалась Ария. – Ничего страшного, если ты не хочешь говорить об этом. Ни одна женщина ещё не говорила, что ничего не произошло, когда осталась с Зейном. Этот мужчина – проблема с большой «П». Повеселись, но не заводи отношений, – она покачала головой и вздохнула. – В секунду, когда Зейн почувствует, что у девушки зародились чувства или она влюбилась в него, он больше никогда не встретится с ней.

Когда всё внимание девушек было сосредоточено на нас, она наклонилась ко мне и заговорчески прошептала, чтобы услышала вся наша группа:

– Предполагают, что его бывшая невеста заморочила ему голову. Она забеременела от его лучшего друга, когда Зейна перебросили в другой отряд. До этого он был готов жениться на ней, – она кивнула, а её взгляд был наполнен драмой. – С тех самых пор люди говорят, он уже не был прежним. Он трахает девушек, но ни одной не позволяет спать в его постели.

Несколько девушек скривили лица, но мне стало понятно.

Вот поэтому-то он бывает такой задницей чаще всего.

Хотя кто может его винить? То, что с ним сделала его девушка, было жестоко.

Суета привлекла наше внимание к баскетбольной площадке, и я рада была отвлечению. Ну… может не такому отвлечению.

– Старший сержант! Рад, что ты к нам присоединился, чувак, – выкрикнул один из парней на площадке.

Группа подошла к нему пожать руки, и удариться кулаком о его кулак в знак приветствия. Не важно, как сильно я пыталась, я не могла перестать пялиться. Он был ходячим сексом в баскетбольных шортах и серой футболке, слегка потёртой спереди.

Мои щёки залило теплом.

– Я так и знала! – выкрикнула Ария, гордясь самой собой. – Что-то и правда случилось между тобой и Зейном. Я могу сказать это по тому, как ты на него смотришь. Твоё тело естественно отвечает ему, неважно знаешь ты это или нет, – засмеялась она. – Твои шлюхогормоны сдали тебя с потрохами!

Эшли закатила глаза.

– Как бы я хотела, чтобы ты и правда прекратила использовать это слово. Это даже не слово. Плюс, Чесни не настоящая шлюха, так что твоя версия гормонов к ней не относится, – она посмотрела на меня. – Игнорируй её, Чес.

Я покачала головой и вернула внимание к игре.

Да, что-то и правда случилось между нами, и сейчас я собиралась оставить это впредь только между нами, потому что это только наше с ним дело.

Прошло немного игрового времени, и Зейн вместе с остальными ребятами сняли футболки и побросали их на близстоящие лавочки. Пот блестел на загорелой под солнцем коже Зейна, и я не смогла сдержать вздох.

– Вот тебе. И кому теперь нужно слюни вытирать? – рассмеялась Эмберли, подталкивая меня в плечо. – Выглядит так, будто ты наслаждаешься своей усладой для глаз. На здоровье.

– О, цыц, – я толкнула её в ответ. – И что. Этот мужчина на самом деле прекрасен. Нет смысла прятать это, и я никогда не отрицала, что считала его привлекательным.

Звук топота разносился по площадке, когда Зейн пускался в бег. Я поймала себя на том, что оценивала его лодыжки – такие мускулистые и идеальные. Я начинала задаваться вопросом, каким будет ощущение от этих ног между моими… в постели. Я снова принялась корить себя за то, что думала об этом.

Что со мной не так?