– Генерал, я тоже умею блефовать. Или мы сейчас раскроем карты, или я доложу вам, что не знаю, где находятся тринадцать ваших дезертиров во главе с вашим замначштаба.

Генерал Яворис не был упрям или глуп, поэтому он сразу сменил тон и прямо спросил:

– Где и как вы предлагаете обмен?

– На нашем берегу, ровно в километре от поселка Пески выше по течению. Боец сам выведет вас на место, когда вы спросите его, где у нас подглядывают за купающимися женщинами, - суровым, не допускающим возражений, голосом прорычал Сердюков.

– Почему там?

– Место равноудалено от наших военгородков. Засаду на нашей стороне организовать трудно, сразу у реки чистый берег, а там дальше большое открытое поле. У вас берег зарос кустами, но река - хорошее препятствие для всякого рода сюрпризов.

– Договорились, товарищ генерал, - съехидничал под конец Яворис.
– Как только ваш беглый диверсант встанет на ноги, я свяжусь с вами.

– Добро, - зло отозвался Сердюков и бросил трубку.

*

Уже через неделю генерал Сердюков не выдержал и связался с базой Баграм.

– Каково самочувствие вашего пленника, генерал? – спросил Сердюков.

– Идет на поправку, но встать он пока не может, - с заботой в голосе ответил Яворис.

– Жаль. А мы тут каждый день получаем новые сведения от ваших пока еще вполне здоровых военнослужащих. Вскрылся удивительный факт: вместе с нашим солдатом вы, находясь на территории суверенного Таджикистана, похитили еще какого-то гражданина другого государства. Это нехорошо. Я вынужден настаивать, чтобы его тоже вернули. Мы передадим его властям его страны – репутация, понимаешь.

– К сожалению, генерал, он не выжил, но перед уходом в иной мир сообщил нам кое-какие интересные факты. Они не к вашей пользе.

– Произошедшее чревато неприятностями. Еще больше неприятностей я обещаю, если и второй пленник не выживет.

– Я вас отлично понял, и сам с нетерпением жду его выздоровления. Тон ваш, товарищ генерал, совершенно не дипломатичен. Как вы собираетесь улаживать международные вопросы, ума не приложу?

– А как вы объясните смерть гражданина Афганистана? Он тоже был без документов и неадекватен? Может быть, вы еще кого прихватили? Много у вас иностранцев?

– Нет-нет, прошу, не беспокойтесь. Мы допустили небольшое нарушение наших обязательств перед правительством дружественной страны, такое уже случалось не раз. Полагаю, вопрос будет закрыт. Желательно, к нашей взаимной выгоде, без вмешательства с третьей стороны.

– Жду вашего сигнала. С большим нетерпением.

– Гуд бай, генерал. Всего хорошего, - оба одновременно отключили связь.

*

Через две недели позвонил Яворис:

– Я думаю, ваш диверсант сможет теперь перебраться на ваш берег. Давайте обсудим условия.

– Условия и меры предосторожности я обдумал, - ответил Сердюков. Мы выходим на ранее условленное место на берегу и по моему сигналу зеленой ракетой вы отпускаете лодку с нашим военнослужащим, в этот же момент с нашей стороны лодки с заложниками начинают встречное движение, но маршруты их должны отстоять друг от друга не менее, чем на пятьсот метров.

– Сопровождение?

– Думаю, по пять человек со стрелковым вооружением с каждой стороны будет достаточно. Допускаются группы прикрытия, но они не должны быть замаскированы. Дислокация групп произвольная, но не менее пятисот метров от ближайшей лодки. Вооружение тоже только стрелковое. Красная ракета с любой из сторон означает возвращение заложников на стартовую позицию. Но я полагаю, до этого у нас не дойдет.

– Вы прекрасно все продумали. Когда состоится обмен?

– Сегодня.

– Мы не успеем до вечера. Нам предстоит катить рядового Юлдашева несколько километров по лесу. Вас устраивает темное время суток?

– Вполне. У всех имеется отличное оборудование ночного видения.

– Соглашусь. Но… Хорошо. Мы прибудем на берег к восьми часам.

– Мы, конечно, уже будем на месте в это время.

Генералы, опять небрежно попрощавшись, одновременно разъединили линию связи.

*

МИ-8 с тринадцатью американских морпехов, МИ-8 с группой поддержки, два ударника МИ-24 с дополнительным комплектом ночного видения сели в километре от поселка Пески. Оставалось еще много времени, чтобы выбрать удобные позиции на непредвиденное развитие ситуации и тщательного изучения местности по обоим берегам. Засекли американских разведчиков: они тоже заранее хотели изучить обстановку, не допустив засад или еще чего, не предусмотренного договором. К восьми часам обе разведгруппы разместились на выбранных местах, соблюдая условие отсутствия скрытности. В баркас, доставленный на место одним из вертолетов, пересадили всех американцев. Наручники, конечно, сняли только с одного из них, вручили ему весла и продолжали наблюдать, как обстоят дела вокруг и на том месте, где пятеро морпехов, придерживая лодку, усаживали в нее загипсованного Сергея. Ходить самостоятельно он, явно, не мог. Когда они выбрались на берег и замахали руками, генерал тут же пальнул из ракетницы. Зеленый шар, казалось, закрыл половину серого неба, ослепил. Лодки пришли в движение, но, когда они поравнялись, находясь все же на приличном расстоянии одна от другой, что-то, видимо, произошло, потому что Рогожин принялся так упираться в весла, что за лодкой появились белые гребешки глиссады. Навстречу ему бросились бойцы сопровождения, готовые ко всяким неожиданностям: они уже были в полном снаряжении для боевого подводного плавания, при себе имели спецавтоматы последнего образца. Через считанные секунды уже подошли к мчавшейся навстречу лодке, заметили удаляющиеся фонари американских боевых пловцов.