Строго покосилась над него из-под ресниц.

— Рэй.

— Да, Евгеш? — насмешливо поинтересовался шедар.

— Как что, например, я такого сделала?

Рэйналльт вместо ответа снова впился губами в мою шею.

— Рэй, — настойчивей произнесла я. Или попыталась. Потому что сорвалась на стон, и получилось не очень убедительно.

— Допустим, как если бы ты меня поцеловала.

Поцеловала. Я призадумалась. В принципе, ну поцеловала и поцеловала. Ой. Это ведь получается, я первая его поцеловала!? А, впрочем, какая разница. Ну поцеловала, ну потом при бабушке и сестре, ну потом ещё и при всех. То-то Аэдан такой довольный был. Понятие совести у моей неугомонной рыжей головы всё равно относительное. Да и то, что вытворял со мной шедар, куда красноречивее и откровенней подтверждало его намерения на мой счёт.

Просто пока я всё думала и сомневалась, Рэй успел забраться под покрывало, залезть под предоставленную мне местную ночную рубашку, вроде длинного платья, и уже совершенно нахально поглаживал обнаженную кожу. Теперь я точно плавилась.

А хвост, хотя кто бы сомневался, оказалось тоже можно было задействовать, и…

— И облапала, — вдруг раздалось из-под покрывала.

Как ведро холодной головы на голову, чес слово! И тут уже даже горячее дыхание и обжигающие поцелуи ничего не меняют.

— Рэйналльт! — возмутилась я.

Он хрипло рассмеялся и стянул рубашку через мою голову, отбрасывая куда-то в сторону.

— Рэйналльт, ты меня вообще слушаешь?

— Допустим, — на полном серьёзе ответил мой муж и отстранился.

Рано я радовалась или расстраивалась. Отстранился он только чтобы расстегнуть свою рубашку. Только вот пальцы дрожали, сам шедар тяжело дышал, а я слишком хорошо чувствовала своим бедром почему.

Непроизвольно мой изучающий взгляд скользнул по его груди. С пуговицами Рэйналльт застрял где-то на середине рубашки. На Шедаре, оказывается, хорошо шьют, это вам не мэйд ин Чайна, что сделано случайно. Разозлившись, Рэй просто дернул за край… и пуговицы не поддались и не отлетели!

— Знаешь, — задумчиво протянула я, пристально разглядывая его в свете заморгавшего снаружи фонарика. — А меня, похоже, по-прежнему всё устраивает.

И я набросилась на него голодным поцелуем, помогая расстегнуть рубашку. Наши пальцы то и дело сталкивались, поэтому я и вовсе оттолкнула его руки и сама занялась пуговицами. Рэй ухмыльнулся уголком губ, а его руки заскользили по моим бедрам. Ниже. Нахальный хвост откровенно лапал куда только мог добраться.

— И что это мы делаем, а Евгеша? — насмешливо протянул мой муж.

— Так ты же сам сказал, Мось, — ехидно усмехнулась я, стараясь и не отвлекаться, и держать лицо. — Рыжий там всем разболтал. Исправлять нужно. Вот я и стараюсь.

Рэйналльт счастливо и очень искренне рассмеялся.

— Дара?

— Дара?

Я что-то промычала, сонно отмахнулась и перевернулась на другой бок.

— Дара?

— Дара?

Меня легонько потрясли за руку.

— Оссан… те…

Мне жутко хотелось спасть. Тело, хоть и приятно, но ломило усталостью. Я расплылась в блаженной улыбке, вспоминая вчерашнюю ночь. Неожиданно. Действительно, неожиданно. Кто бы мог подумать, что мой, казалось бы, ледяной супруг, на самом-то деле ой какой не ледяной. Я довольно хмыкнула.

— Дара? — уже настойчивей, но всё так же шепотом позвал женский голос.

— Дара? — а это второй.

Нет, они сговорились что ли?

— Я спать хочу, — капризно заявила я, так и не открывая глаз.

Я попыталась натянуть покрывало на голову, но вдруг замерла. А кто это вообще у нас с Рэем в палатке? Настороженно и спешно пошарила рукой рядом со мной. Но нет, моего мужа уже и след простыл, и место успело остыть. Мама. В голову ударила паника. Я сжалась к комок, крепко сжимая край покрывала.

А хотя глупость это. Захотели бы они от меня избавиться, будить бы точно не стали. Да и голоса у женщин не пугающие.

Я медленно приоткрыла один глаз и столкнулась с озабоченными взорами чёрных. Надо мной нависали две аимры. Одна — в ярко-жёлтом шелковом одеянии, вторая — в светло-голубом. Что либо ещё сказать о незнакомках я не могла, так как обе были замотаны по самые макушки: была видна лишь узкая полоска смуглой кожи. Ну и чёрные глаза с едва видимым зрачком.

— Дара? — прошептала та, что в голубом.

— Приносим свои извинения, — в жёлтом поклонилась.

— Что нам пришлось вас разбудить, — продолжила в голубом и тоже поклонилась.

— Но нам с сестрой очень нужно с вами поговорить.

— Мы должны вас предупредить, дара.

— Уезжайте отсюда, дара.

— Здесь опасно, дара.

Успевала ли я следить, кто из них говорил что? В принципе, да. Но перед глазами начинало изрядно рябить. Говорили аимры очень слаженно, даже и подозрительно, не тренировались ли? Стоило одной замолчать, как за неё продолжала вторая, и обратно. Каждая фраза сопровождалась поклонном в пояс, из-за чего массивные колье на их шеях звенели. Выглядело это довольно странно, особенно если учесть, что я всё ещё лежала, а они нависали надо мной.