Шрифт:
И, конечно, трупы. Или их части, разметанные взрывами снарядов и авиабомб.
Трупы попадались чаще всего. И это было понятно. Последний оплот Империи до конца огрызался остатками выбитых зубов и сломанных когтей, словно загнанная в угол крыса.
Крыса надеялась на оружие, которое ей пообещал тот, кто сейчас восходил на борт японской подводной лодки. Эта лодка должна была увезти его в другую жизнь, где он, возможно, построит другую Империю. Или не построит, а будет просто спокойно жить, сменив имя и внешность, до конца своих дней на золото, которое для него награбили другие.
Крыса не знала, что оружия не будет. Vergeltungswaffen, «оружие возмездия», настоящее оружие возмездия, а не те неуклюжие ракеты, которые в прошлом году испытывали на англичанах, осталось лежать нетронутым.
Его было слишком мало, для того чтобы рисковать.
Проще было рискнуть Империей.
Империю можно возродить.
Уничтоженное абсолютное оружие так и останется уничтоженным навсегда…
Двое русских пехотинцев отдали честь и быстро прошли мимо. Даже если им и показалось странным, что капитан НКВД идет куда-то пешком без сопровождения, свои мысли они оставят при себе. Сяки-но дзюцу, искусство сбрасывания флагов — лучшее средство от воинов противника, когда приходится действовать на их территории. В подразделении «Бранденбург-800» это искусство называли «полной маскировкой».
Оно включало в себя не только переодевание в форму противника, начиная от погон и заканчивая нижним бельем. В голове адепта сяки-но дзюцу должны были быть мысли, соответствующие роду войск и званию, обозначенному на форме.
Потому что ненужные мысли порой рождают лишние слова.
И еще потому, что у противника тоже могут найтись Мастера искусства харагэй, позволяющего общаться не произнося слов…
Из-за угла полуразрушенного здания навстречу Мастеру шагнул человек, отряхивая с погон старшего лейтенанта Красной Армии мелкую известковую пыль.
«А вот и достойное сопровождение», — подумал Мастер.
Человек, шедший ему навстречу, был лучшим. Сначала на ускоренных курсах абвера в Бад-Шандау на Эльбе, а после — в главном учебном центре батальона «Бранденбург» в местечке Квенцгут, расположенном на берегу живописного озера Квенц, служившего полигоном для водолазов и ныряльщиков, а также могилой для неудачников и провинившихся. Обглоданные озёрными тварями скелеты на дне озера были хорошим напоминанием для остальных.
Но штурмбанфюреру Граберту не нужны были напоминания.
«Он был бы хорошим самураем, если б родился в Японии» — часто думал Мастер. Сильный, ловкий, исполнительный и до фанатизма преданный делу Рейха. Кого еще мог послать Адольф для того, чтобы удостовериться, всё ли сделано должным образом, как не лучшего ученика Мастера?
Похоже, в этой стране Граберт был единственным, кому Мастер мог доверять. Эманации почтения, уважения и благодарности не скроешь и не подделаешь. И эти эманации были невообразимо яркими в те моменты, когда у Граберта получался новый этап в овладении миккё. [46] Во время церемонии награждения его Рыцарским крестом они были гораздо слабее.
46
Миккё (яп.) — «тайное учение» секты Сингон. Эзотерический буддизм, при изучении которого осваивались секретные техники — гипноз, телепатия, достижение особых состояний психики, в т. ч. боевого и мистического транса.
Вот и сейчас от него исходила та же волна истинно самурайского почтения воина к Учителю.
«Пожалуй, неплохо было бы взять его с собой в Японию, — подумал Мастер. — Хотя… можно ли доверять белым даже в тех случаях, когда они видят в тебе бога?»
Ответа на этот вопрос Мастер не знал до сих пор…
Вместо поклона Граберт приложил руку к козырьку фуражки.
— Здравия желаю, товарищ капитан.
«Приветствую, Учитель» — промелькнуло в голове Мастера.
— Здравия желаю, товарищ лейтенант.
«Приветствую, Ученик».
Обмен словами — элемент полной маскировки. Обмен мысленными образами, непонятными для противника, — элемент обычной работы Мастеров стихии Ветра.
На безымянном пальце левой руки Граберта Мастер заметил серебряное кольцо с изображением мёртвой головы и руны «Зиг» — символа победы, который также защищает его владельца от духов и оборотней.
«Одно из двух. Либо парень сильно отличился, удостоился одной из высших наград [47] и теперь не может с ней расстаться, нарушая маскировку, либо в последнее время онрё [48] стали слишком сильно ему надоедать и магия Смерти — единственное, на что он может надеяться».
47
Кольцо «Мертвая голова» было одной из высших наград — личным подарком рейхсфюрера СС Гиммлера за заслуги перед Третьим рейхом.
48
Онрё (яп.) — в японской мифологии злой дух, охотящийся за душой своего убийцы.
Ни одно из предположений не казалось правдоподобным, но Мастер не стал ломать голову. Рано или поздно истина все равно откроется.
Полная маскировка не требовала усиленного контроля речи. Речевые блоки были запрограммированы на все случаи жизни, и никто из русских, услышавших разговор двух офицеров, ничего бы не заподозрил. Истинный разговор шел на уровне обмена мысленными образами, отображаемыми иероглифами.
«Вы как всегда безупречны, господин. Я отправил шифрограмму фюреру о том, что задание выполнено».