– Пётр Яковлевич! Ну что вы! Я же не для себя стараюсь!

– Ох, не доведёт тебя это до добра! Попомнишь мои слова! Присыпкин говоришь? –

прокурор внимательно посмотрел на Жданова и о чём-то задумался, – Ладно! Это я беру на

себя! – не сильно хлопнул ладошкой об стол.

– Если договоритесь, тогда считайте, что мы в шоколаде! – заулыбался Жданов.

– Дмитрий Николаевич! Попридержите свои обороты! Какова доказательная база? – с

серьёзным видом спросил прокурор, смотря на помощника.

– Почти никакой! – стушевался Горячев.

– Как никакой! – удивился прокурор, – Александр Васильевич! Не мне вас учить, как

надо работать! Следственные эксперименты, записи аудио, видео! Вызовите потерпевших,

научите, что надо говорить! Заинтересуйте, в конце концов! Завтра же займитесь, вплотную

этим! Сегодня подготовьте, все необходимые документы и мне на подпись! Вы же прекрасно

знаете, что самое важное в нашем деле! Иначе, этот дежурный соскочит, и мы окажемся в

очень неприятном положении!

– Поэтому и говорю, чтоб был Присыпкин!.. – снова вмешался в разговор Жданов,

поглядывая искоса на Горячева.

– Всё понятно? – перебил его прокурор, – Вы делайте своё дело, а я займусь

организационными вопросами, как и положено прокурору! За дело! Живее! Живее! – и

замахал руками, от живота в сторону выхода, как бы подбрасывая мяч.

– Людочка!.. – снова нажав на кнопку, заговорил прокурор по громкой связи, когда

вышли Жданов с Горячевым…

– Юрий Петрович на связи! – доложила секретарь.

– Юрий Петрович! Здравствуйте! Да! Пётр Яковлевич! Да! На даче? Хорошо! Хорошо!

Ну, само собой! – он положил трубку. Первый раз, за весь день просветлело лицо.

Быстренько оделся и вышел из кабинета. Подошёл работникам канцелярии:

– Девочки, если меня будут искать, скажите, что жену отвёз в больницу! Если очень

срочно, то звоните мне на сотовый! Место меня остался Жданов! Ну, всё пока! – и вышел из

здания прокуратуры.

– Что, Соломин? – присев на стол, обратился Жданов, мужчине, сидящему на стуле.

– Пришёл, как вы и просили! – дрожащим голосом выговорил собеседник, толи от

холода, то ли от похмелья.

– Знаешь, что у меня в руках? – он открыл папку и стал читать, – Учинил драку в

кафе: «Саванна!» Вот ещё: разбил витрину киоска на перекрёстке улиц Чкалова – Хасана.

Избил у ДК Солдатова мужчину лет 65! Тебя спасло только то, что мужчина был пьян!

Приводы в милицию, один второй, третий!.. – при этом перелистывал составленные

протокола, – Неоднократно помещался в медвытрезвитель!.. По каждому факту, можно

возбуждать уголовное дело! Ты знаешь, чем это тебе может обернуться? У тебя же УДО ещё

не закончилось! Хочешь вернуться на зону?

– Нет! Гражданин начальник! – опустив голову, дрожа, промолвил Соломин.

– А у меня такое ощущение, что ты прямо туда рвёшься! Я, могу, на полном

основании, арестовать тебя прямо здесь и отправить на зону, до полной отсидки! Оттуда, ты,

вряд ли вообще освободишься! – вздохнув, высказался Жданов, немного помолчав, отложив

папку в сторону на край стола, добавил, – Ну, что мне с тобой делать! Ладно, давай это

оставим! Принято решение, передать уголовное дело, по факту полученных тобой травм в

вытрезвителе, в суд! Мне надо, чтоб ты говорил то, что мне нужно! Тебе это понятно?

– Да, да! Понятно! Гражданин начальник! – готовностью закивал Соломин головой!

– Ты, наверное, уже всё забыл! Забыл? – вопросительно с прищуренными глазами

посмотрел на своего собеседника заместитель прокурора.

– Напомните, пожалуйста, на всякий случай! – робко промямлил Соломин в ответ,

потирая виски и щеку рукой.

– Первое условие: в обязательном порядке, приходишь на суд трезвым! Иначе!.. –

Жданов показал на папку, которая лежала на столе, – Твоя судьба теперь зависит от того, как

ты себя покажешь на суде! Слушай внимательно и запоминай!..

Судебное разбирательство

Человек, живя в обществе, связан социальными отношениями, в череде условностей