Ли-фанна вытащила цветок-медальон, протянула его Дионе, не снимая, впрочем, цепочку с шеи.

– Значит, он уже проявил себя...
– Лунная богиня задумчиво провела рукой над медальоном, не касаясь его.
– Впрочем, другого и ожидать не стоило. Когда он стал таким? Ты помнишь?

– Во время битвы в Эймаре. Когда легионеры заполучили мою кровь, - бесстрастно ответила девушка. До сих пор ей неприятно было вспоминать об этом.

Диона покачала головой. Несомненно, она знала об этом.

– Ты говорила о нем кому-нибудь?
– спросила богиня.

– О разговоре с вами - говорила. А о нем, - Ли-фанна перевела взгляд на медальон, - ни слова.

– И это правильно. Ты, конечно же, уже знаешь, что медальон появляется у сверхмага, когда его дар заканчивает свое становление...

– Но почему мой дар установился так скоро? Ведь даже недели не прошло! У Альноры дар ставится уже три года.

– У всех сверхмагов скорость становления дара зависит исключительно от их силы. Ты разве не знаешь об этом?

– Знаю, - сказала Ли-фанна, вспомнив, что о том же говорил учитель Сойрен.

– А скорость именно твоего становления, - продолжала Диона, - говорит о том, что силы, которыми ты обладаешь, просто огромны. И это - еще один факт в пользу того, что именно тебе принадлежит право начать.

– Начать что?
– в который уже раз спросила Ли-фанна.
– Все говорят мне о каком-то праве, но никто не может ничего объяснить. Чем это право так ужасно?

Диона в ответ покачала головой:

– В том-то и дело, что этого никто не знает. И это чистая правда. Потому что это зависит исключительно от тебя самой. Но в любом случае, Лист ждут большие перемены... какими они будут - неведомо даже самому нашему владыке Тарусу...
– богиня замолчала.

Еще лучше! По сравнению с этим даже сражение с Левиафаном отошло на второй план. От нее, оказывается, судьба всего мира зависит напрямую! Вот это поворот...

– Но это, в общем-то, не так уж и важно, - продолжала Диона.
– Для тебя гораздо важнее сейчас - полностью пройти посвящение в сверхмаги. Открой свой медальон.

Ли-фанна хотела было сказать, что медальон все это время открыть было невозможно, но, когда она попыталась открыть его, бронзовые створки легко поддались.

Она даже не сразу поняла, что там такое внутри. Но внутри точно что-то было.

Ли-фанна хотела аккуратно это самое «что-то» достать, но тут медальон сам с силой вырвался у нее из рук, будто хотел долететь до неба, и, сильно натянув цепочку - у Ли-фанны даже дыхание перехватило!
– завис, обращенный к небу. Из него вылетели какие-то предметы, которые, стремительно увеличиваясь, сначала взмыли ввысь, а потом плавно приземлились прямо у ног Ли-фанны. И в тот же момент медальон сам собой закрылся, и тоже опустился вниз.

На земле перед собой Ли-фанна увидела... рапиру. Абсолютно новую, с блестящим и длинным стальным клинком.

Эфес этой рапиры был выполнен в виде крылатого бронзового дракона с рубиновыми камешками-глазами. Голова этого дракона служила и навершием рапиры.

Наклонившись, Ли-фанна подняла рапиру с земли. Обернутая кожаной лентой рукоять до странности легко легла в ладонь. Намного удобнее, чем та рапира, которую сломали в башне Знаний, и чем та, которую отобрали гройвудские легионеры. Девушка сразу почувствовала себя сильнее и даже как-то... взрослее. Она и сама не заметила, как пятнадцатилетняя девочка-подросток, перечащая всем и вся, и даже не умеющая толком держать оружие, превратилась в настоящего воина, сверхмага, готового бороться с Легионом до конца и несмотря ни на что. Сейчас же эта перемена была как никогда заметна. В том числе и для нее самой. Потому что прежняя Ли-фанна, спокойно живущая на Восточной окраине Дарминора, никогда не стала бы задумываться о том, насколько легок клинок и насколько удобно им будет сражаться. Хотя она до сих пор не была специалистом ни в оружии, ни в ведении боя, несложно было понять, что эта рапира просто идеальна для нее, Ли-фанны.

Пока Ли-фанна изучала новое оружие, Диона с одобрением смотрела на нее. Впрочем, любовалась рапирой девушка недолго.

Она не забыла, что из медальона вылетела не только рапира. И действительно: на траве лежало еще что-то. Она не сразу нашла это «что-то», а когда нашла, очень удивилась. Потому что она ожидала увидеть все, что угодно, кроме того, что она увидела.

Потому что увидела она несколько длинных, острейших дротиков, связанных друг с другом тонким кожаным шнурком. Она пересчитала их - семь. Семь идеально сбалансированных, отточенных с одного конца стальных иголочек. Отличились друг от друга они только цветом оперения.

Сказать, что Ли-фанна обрадовалась, увидев такое сокровище - значит ничего не сказать. Уж в чем-чем, а в дротиках и прочих метательно-кидательных вещах она разбиралась просто отлично. Потому что, если твое детство прошло на тихих улицах восточного Дарминора, ты поневоле выучишься вещам, о которых «приличные дети» из центра того же Дарминора, небось, и слыхом не слыхивали! Лишь бы эту тишину развеять...

– Теперь это твое, - улыбнулась Диона, когда Ли-фанна подняла на нее глаза.
– Оружие, полученное тобой, как установившимся сверхмагом. Оно будет верой и правдой служить тебе, и никогда не изменит в трудную минуту. Эту рапиру сломать невозможно, поскольку она не была выкована. С дротиками же нужна особая сноровка.