Ему прибрать к рукам участки

Для инструмента и оснастки,

Обследовать все кладовые,

Склады, с людьми поговорить,

Процесса точки болевые

С их помощью определить.

Так было на другом заводе,

Где он с размахом дело вёл…

Откуда он давно ушёл…

Как он жалел о том исходе,

Когда десяток лет назад

Разрушил он свой быт спокойный!

Он ненавидел свой азарт

И тот поступок недостойный…

2

Роман без помощи нашёл

Участок нужный и вошёл.

Три импортных станка новейших

Он увидал. Программ сложнейших

Команды каждый получал,

Им следуя, вращал, менял

Кругов шлифовочных алмазных

И механизмов безотказных

Углы наклона, ход, подачу,

Чтоб точно выполнить задачу

И фрезы изготовить в срок.

Да, здесь был качества исток.

Один станок был остановлен.

Сосредоточен и безмолвен,

Его обслуживал один

Седой плешивый господин.

Ещё двоих, на вид – рабочих,

Роман увидел среди прочих

Станков. Он сделал шаг вперёд…

Вдруг господин как заорёт:

«Ты кто такой? Тебе что надо?

Ты как войти сюда посмел?» —

И под его суровым взглядом

Роман мгновенно оробел:

«Меня Арапов к Вам послал, —

Он на начальника сослался,

Чтоб погасить страстей накал,

Потом уже и сам назвался:

– Я инженер по технадзору…» —

«Я не намерен верить вздору!

Мне Вас никто не представлял!» —

Плешивый кнопки нажимал

И говорил одновременно.

«А Вы-то кто?» – спросил Роман,

Но с уважением, почтенно:

Он ведь и правда не был зван.

«Виталий Карлович Картуз!

Я в цехе зам по производству.

И в точности из моих уст

Вы передайте руководству:

Не стану с Вами дел иметь,

Пока не получу возможность

Хотя бы мельком посмотреть

Инструкцию на Вашу должность!

А нынче нас прошу покинуть!»

Роман был рад под землю сгинуть,

Но чтоб не слышать этих слов:

К такому не был он готов.

Роману скоро пятьдесят

(Уже сам возраст впечатляет!) —

Картуз его «пинком под зад»

Из цеха грубо выгоняет!

Роман с рожденья был раним,

И страхи до сих пор остались:

Ему казалось, что над ним

Рабочие – и те смеялись.

Нет, это надо прекратить!

Идёт он срочно доложить

Начальнику об инциденте

И непокорном элементе.

3

Арапов, выслушав его,

Ответил вяло: «Ничего,

Мы с этим после разберёмся». —

«Как после? Мы опять столкнёмся

С проблемой этой, если мне

Придётся в цехе очутиться!

Чтоб снова к Картузу явиться

И говорить с ним наравне,

Обязанности типовые

Нам надо срочно утвердить!

Тогда смогу я заходить

И в цех, и даже в кладовые». —

«Тебе не место в кладовых!

Иные у тебя задачи!» —

«Но в чём же смысл задач иных?

Скажите мне, что это значит?» —

«Узнаешь после!» – был ответ

Арапова. Он отвернулся,

Сжал губы и в себе замкнулся,

Как истинный анахорет4040.

Роман поставлен был в тупик:

Его обязанности зыбки,

Он до апреля – временщик,

Достаточно одной ошибки,

Чтоб все надежды и старанья

Трёхмесячного испытанья

Похоронил бездушный рок…

Ему укажут за порог.

Тогда зарплаты он лишится

(А он ведь так нуждался в ней!),

Жизнь снова в муку превратится,

И станет страх ещё сильней!

4

Его уверенность страдала

И таяла день ото дня,

Его надежда покидала,

И он, Арапова браня,

Чтоб с Картузом не повстречаться,