— Что? Что? — задыхался Зак. У него не получалось даже закончить предложение.

— Спора, — ответила Таш, — это то, что было скрыто в могиле на астероиде.

— И Фандомар выпустила это? — предположил брат.

Таш покачала головой. Она была слишком утомлена, чтобы говорить.

— Не думаю, что это была она. Думаю, что это был Худж. Оно заразило его, так или иначе, обманув его. Теперь он заражает каждого, кого встретит.

— Каждый раз, когда те усики касаются кого-то, похоже, что он становится частью Споры, — сказал Зак, — как будто бы, они все связаны.

Таш дрожала.

— Что нам теперь делать?

— Найти дядю Хула, — предложил брат.

— Точно, — согласилась она, — потом мы найдем способ предупредить Залив Тафанды. Независимо от того, что это за существо, иторианцы, похоже, знают о нем.

— Это очень пугает их, — сказал Зак, качая головой, — видела, как испугались те врачи.

— Но они уже усмиряли Спору однажды, — ответила сестра, — возможно, они смогут это сделать вновь.

Вдруг Таш напряглась.

— Таш, что-то не так?

Она не ответила. Сидя, прислонившись спиной к дереву баффорр, она почувствовала предупреждение об опасности. Куда более сильное, чем раньше.

Опасность!

— Они рядом! — сказала Таш, — бежим.

Вскочив на ноги, Зак и Таш скользнули за дерево настолько тихо, насколько смогли, а затем спрятались в зарослях рощи баффорр. Зак не знал, как Таш узнала, что Спора близка, но в прошлом он доверял ее предчувствиям. А сейчас было довольно неподходящее время, чтобы начать сомневаться в них.

Таш почувствовала, как пересох ее рот. Чувство страха поселилось в ее голове, опасность словно пропитала весь воздух вокруг.

Наверху холма, где они были, появился Хул. Он поспешил вниз к ним, его глаза осматривали подлесок и холм.

— Дядя Хул! — шепнула Таш, когда он оказался в пределах слышимости, — мы здесь!

Голова шиидо быстро обернулась на голос. Несколько быстрых шагов и он оказался у дерева, которое скрывало их.

— Зак, Таш, я рад, что нашел вас, — сказал Хул.

Таш позвала его за дерево.

— Дядя Хул, вы должны спрятаться. Спора очень близко. Пошли!

Хул покачал головой. Он лишь улыбнулся и протянул ей руку.

— Вовсе нет, Таш. Все в порядке. Присоединяйтесь ко мне.

Зак вышел из-за дерева и подошел ближе к дяде. Таш тоже сделала, было, шаг, но замерла. Присоединяйтесь ко мне.

Это что-то ей напомнило. То, что она уже слышала.

Когда Зак приблизился к дяде, шиидо расплылся в широкой усмешке. Черные тонкие щупальца опутали Зака раньше, чем он смог вскрикнуть.

Таш отпрянула назад. Щупальца впитались в тело Зака, оставив только черные линии, видимые сквозь кожу у его шеи. Она думала, что все это ей только кажется. Хул и Зак не стали догонять ее, а просто немного отстранились. Они невинно развели руки и одновременно сказали: "Таш, пожалуйста, не убегай".

Опасность!

Предупреждение пульсировало вокруг нее. Таш чувствовала как громко бьется ее сердце. Она знала, что должна бежать, но в тоже время, ведь это был Хул и Зак. Как она могла убежать от них?

Она попыталась взять себя в руки и дрожащим голосом спросила: "Кто вы?" — Я — Спора, — ответили вместе Зак и Хул. Звук их голосов имел тот же самый стереоэффект, что и голос иториан, — Я не причиню тебе никакого вреда. Мне просто нужна помощь… Я имею в виду, что хотела бы узнать вас лучше, быть частью вас. А для этого нужно, чтобы вы стали частью меня.

Фраза несколько успокоила сердце Таш. Слова Споры напомнили ей о чувстве, которое она испытала рядом с деревьями Баффорр, только перевернутое. Вместо того, что чувствовать сейчас успокаивающее присутствие разумных деревьев, пытающихся соединиться с нею, сейчас она ощущала темное, злое желание управлять ею.

Она посмотрела на паутину темных линий, которые проглядывали в коже Зака и подавила рыдание.

— Сначала, — сказала она, — отпусти моего брата. И дядю Хула.

— Я сделаю это, обещаю тебе, — ответила Спора через Хула и Зака, — но в данное время они нужны мне. Они хотят мне помочь. Я обещаю тебе, что ни один из вас не потерпит никакого вреда из-за меня.

— Ты уже наносишь им вред, — ответила Таш.

— Все это от отчаяния, — сказала Спора, — меня держали в ловушке более четырехсот лет. Я должна быть свободной. Как только я буду уверена, что свободна, тогда освобожу любого, кто не хочет быть частью меня.