– Неожиданно, – хрипло заметил мужчина, придя в себя от грохота, произведенного свалившимся из его руки на пол коммуникатором.

Кат, приблизившись, аккуратно подняла прибор, положив на отведенное ему место, и села на кровать рядом с Тарги.

– Я вот подумала… Если я не вернусь, будет всего одна вещь, о которой я буду жалеть. А я не хочу жалеть о том, чего не сделала. Хотя и могла. И я так ничего тебе и не подарила на твой день рождения.

Тонкие пальцы ласково скользнули по щеке и губам капитана и, не останавливаясь, нежно царапнули обнаженную грудь. Мужчина впервые пожалел, что не стал следовать примеру девушки, и спать хотя бы в штанах. Он поспешно попытался словить маленькую руку, но Кат успела ее убрать.

– Что такое? Я же вижу, что ты не против.

– Кат, прекрати! – Тарги откашлялся, постаравшись придать голосу необходимую твердость. – Ты еще слишком мала для этого!

– Да? Уверен? А так?

Девушка резким движением стянула с себя футболку и выпрямилась, одной рукой отводя назад непослушные волосы. Капитан был вынужден отметить, что его воспитанница не так уж и неправа – высокая грудь, хоть и не налилась еще женственной зрелостью, но уже никак не могла принадлежать ребенку.

– Кат, пожалуйста! Я же не железный, не надо меня так дразнить!

– Я дразню? – Девушка хитро усмехнулась и, придвинувшись ближе, склонилась над Тарги. – Капитан, ты поцелуешь меня наконец?

Секунду Тарги еще держался, пытаясь не обращать внимания на тепло ее бедра, словно огнем обжигавшее кожу, и не мог отвести взгляд от ожидающих, горящих желтым светом глаз. Но, когда пухлый рот чуть приоткрылся, готовясь сказать очередную колкость, и правая бровь уже иронично приподнялась, капитан не выдержал – сгреб рассмеявшуюся девушку в охапку, опрокидывая на себя, и собственными губами прервал этот торжествующий смех.

Кат недолго улыбалась, поняв, что раньше Тарги и впрямь целовал ее, словно понарошку, – его губы стали жестче и решительнее, а руки уверенно скользили по телу, словно заранее знали каждую линию, каждую чувствительную точку. Вот крепкие пальцы зарылись в ее волосы, но не остались там, а двинулись вниз по ложбинке спины, задержались чуть ниже талии, скользнули под ткань трусиков, сжимая ягодицы и еще крепче прижимая девушку к себе.

Она не могла сообразить, что ей делать, полностью покоряясь своему мужчине и растворяясь в его ласках. Кат вздрогнула, когда его губы впервые коснулись ее груди, напряженной, сжавшейся, но мигом позже девушка с удовлетворённым стоном зарылась пальцами в белые волосы, прижимая голову Тарги к себе плотнее.

Высвободившись, капитан снова нашел губы лежащей рядом воспитанницы, которая сегодня хотела получить от него радикально новые знания. Кат почувствовала, как сильная рука вновь скользнула по ее бедру, чуть зацепив кружево трусиков, и прижалась к мужчине еще ближе. Скорее бы между ними не осталось и этой тонкой, но кажущейся сейчас такой лишней полоски ткани…

Но Тарги не торопился. Его поцелуи переместились ближе к шее, и девушка зажмурилась от удовольствия, перестав замечать мир вокруг.

Можно сотни раз касаться себя кончиками собственных пальцев и, закрыв глаза, представлять рядом другого человека. И это будет лишь игрой в близость, руки всегда будут собственными, и ты не сможешь полностью забыться и раствориться в ощущении беспредельного счастья, не зная, что придет ему в голову в следующую секунду.

Когда-то я пообещала сама себе, что, когда это случится, я вспомню одинокие ночи и буду счастлива от того, что пальцы, ласкающие мое тело, – чужие, непредсказуемые. Его губы открывают все новые и новые виды ласк, и это больше, чем можно было не только желать, но и вовсе представить.

Тонкие вспышки экстаза, рождающиеся в местах прикосновений. Тянущая сладкая боль, спазмом сводящая бедра, неспособная уйти сама и нетерпеливо намекающая на необходимость более решительных действий со стороны мужчины. Уверенные, опытные руки, крепко сжимающие тонкое тело в своих объятиях. И легкий, практически незаметный укол в плечо.

– Ты… Что ты сделал?

Кат испуганно вскинулась на кровати, и Тарги улыбнулся, бережно размыкая кольцо ее рук.

– Спи, дурочка, – разом растеряв весь свой любовный пыл, капитан отложил в сторону опустевший инъектор. – Нельзя рисковать нашей синхронизацией перед самой операцией. Первый секс – отличное средство все разрушить, так что поговорим, когда вернемся с Р-12. Вот тебе еще одна мотивация справиться на Шед.

– Ну ты и сволочь, – только и успела сказать Кат, прежде чем отключиться.

Мужчина горько скривился – выбранный им вариант был самым простым, вряд ли маленькая вредина согласилась бы с разумными доводами и объяснениями. Но он и впрямь чуть не увлекся – еще бы пара таких ее поцелуев и прикосновений неумелых, но очень любопытных рук, и инъектор остался бы себе лежать неиспользованным. Как же быстро малышка учится… И впрямь, будет чуткой и страстной любовницей.

Аккуратно укрыв девушку, беззащитно приоткрывшую рот во сне, капитан в последний – самый последний! – раз аккуратно ее поцеловал, коснувшись чуть оттопырившейся верхней губы.