В квартире же моей напарницы оказалось много личного. Уютно и со вкусом обставленные комнаты в бежево-шоколадно-золотистых тонах, пушистые ковры и пледы, настоящие живописные картины на стенах, эргономичная рабочая зона для профессионального моделирования — всё свидетельствовало о том, что это не съёмное жилье, как у меня. Это был дом, убежище, место, где отдыхали не только телом, а душой. Я даже не подозревал, что холодная и расчётливая Даг увлекалась мелкой пластикой, с удивительной точностью воссоздавая фигурки разных животных по стереоснимкам.

Интересно, бывал ли тут Ингвар и знал ли об увлечениях девушки? Мысли о том, чем Даг и блондин могли заниматься на этом обилии искусственного меха, я старательно выгнал, внимательно изучая рабочий стол. Хватит, нафантазировался уже.

Полуготовые вещицы поражали необычайной живостью и показались очень знакомыми, как будто я не один раз подобное видел. Но навскидку не вспоминалось, а внимательно изучать найденные фигурки некогда. А вот разложенные на столе снимки, открытые баночки с краской и засохшие кисти говорили о том, что исчезновение хозяйки квартиры не было плановым уходом на базу.

Несколько готовых фигурок аккуратно стояли на отдельной полке. Может, в них есть какая-то подсказка? Я взял одну скульптурку, чтобы рассмотреть получше. Лесной кот лежал, уютно и по-домашнему подвернув лапы под себя. Вроде всё просто, но до чего же живо этот кот смотрел… В жёлтых раскосых глазах я вдруг увидел снисходительную мудрость, мягкость и вкрадчивость Птицы. Вздрогнув, поставил статуэтку на место и взял следующую.

Волчица на обломке скалы. Гордая и сильная. Но в глазах — одиночество, скрытая, невыразимая тоска по своему волку и бесконечно терпеливое ожидание встречи. Хм. Очень любопытно…

Посмотрим, кто там дальше.

Полярный медведь. Белый, матёрый и с ледяным спокойствием в голубых глазах. Разозлить такого крайне сложно. Но если доведёшь — размажет в мокрое пятно. Сложно не узнать.

Со всё возрастающим интересом я брал фигурку за фигуркой, понимая, что не просто ничего не знал о Даггер, но и здорово недооценивал напарницу как психолога. Для неё в отряде работали живые люди, а не равнодушные исполнители. «Читала» она остальных бойцов или нет, но в фигурках отражалось не внешнее сходство, а сама суть каждого из членов отряда «Зеро».

И сейчас я смотрел на своих «сослуживцев» её глазами.

Встрёпанный по-боевому воробей на помятом гоночном шлеме, в любой момент готовый к драке — Чик. Приподнявшийся на камне крупный варан, внешне лениво, почти спросонок, а на деле очень внимательно изучающий окрестности, — Змей. Сидящие рядом орёл и пустельга — наверняка снайперы.

Себя я искал с замирающим от волнения сердцем. Что Даггер знает про меня, каким зверем видит? Да и видит ли вообще?

Место следующей фигурки занимал нераспакованный кусок пластика, под ним — несколько листков. Я вытащил их и понял, что представлял для Леночки нерешённую загадку. Очень живо нарисованные короткими и точными штрихами, с набросков смотрели звери, украшенные шутовскими атрибутами. Невозмутимо-деловой скунс в колпаке с бубенчиком, готовый к атаке мангуст с зубчатым воротником на шее, сказочная обезьяна с наивной мордой, но хитрющими глазами, в лапах которой красовался короткий жезл с кукольной головкой шута. Значит, картины на стенах тоже авторства Даггер… Последним лежал набросок человека в чёрном, сидевшего на траве спиной к зрителю и слева наполовину скрытого каменной стеной. Справа, у ног, валялась карнавальная маска на всё лицо, поза выражала напряжение и задумчивость, а в верхнем углу рисунка красовалась карточная «Джей».

Опытный телепат и психолог, Даггер не могла определить мою суть, улавливая только оттенки внутреннего состояния и подозревая, что я обманываю её.

Я положил наброски обратно, просто рассматривая оставшиеся фигурки. Дикобраз. Ягуар. Улыбающийся пёс, белый и пушистый. Пантера. Драконоподобный ящер. Больше, чем десяток бойцов.

Все звери земные. Связано ли это с настоящей родиной членов отряда? Кто из этих пятерых Гига и Филин? Каким был Мистик, о котором я слышал только однажды? Почему Ингвар потерял остальных? Что с ними случилось? Нарушили они инструкции или погибли во время операций отряда? Приходилось ли Даг убивать тех, с кем ходила на задание? Кто был её напарником до меня и что с ним произошло?

Вопросы, вопросы. И никаких ответов.

Кроме рисования и изготовления фигурок, Даггер любила спокойные медитативные мелодии и являлась обладательницей целой библиотеки информационных кристаллов. Чего здесь только ни было: от мифов, легенд и классики литературы до новейших научных исследований в самых различных областях знаний.

Понятно, почему она смотрела на мужчин холодно и равнодушно. Её мог заинтересовать как минимум умный и образованный собеседник, а не банальный самец.

В любом случае, музыкальный кристалл с эротико-психоделической записью, который я вытащил из проигрывателя, и погасшая в укромной нише пирамидка «райского наслаждения» — запрещённого наркотика, вызывающего сильное сексуальное возбуждение, никак не соответствовали предпочтениям и вкусам моей напарницы. Да и россыпи духов я не обнаружил. Вся косметика девушки отличалась очень слабым запахом либо не пахла совсем. Феромонные духи куклы оказались единственным парфюмерным продуктом в квартире.

Полный одноразовый набор, чтобы мужику наверняка снесло крышу.

Но Леночка не нуждалась в искусственных стимуляторах, а в кухне и спальне всё рассчитано на одного человека.

Не был здесь Ингвар. Никогда. Хоть и знает про эту квартиру. И других мужиков здесь не было. Я первый, и то без приглашения.

Это только её дом, её крепость. Не случись с девушкой беды, командир отряда «Зеро» никогда не сдал бы мне это убежище.

Что произошло с Даггер, я выясню. Но как я мог позволить так себя провести?! Взрослый мужик, столько всего прошёл, баб перебрал — море, а повёлся на стимуляторы, как пацан сопливый! Да ещё и перед Марьей почти опозорился. Конечно, ей нет дела до тех, с кем я сплю, да и кто я для неё вообще — тоже вопрос, но всё-таки… Вот так быть застуканным почти со спущенными штанами в обнимку с какой-то куклой….