— Меня зовут Бай Янь, — представился лидер группы беглецов, после чего по очереди указал на своих спутников: — Это Ван Тун. Это наша госпожа — Наньгун Бинъюнь. Уважаемый молодой человек, большое вам спасибо, что пришли нам на помощь! — вежливо поклонился он в сторону Юэ Чжуна.

Не ответив, Юэ Чжун лишь посмотрел на него и, повернувшись к их преследователям, достал Desert Eagle, который навел на голову одного из схваченных бойцов, после чего потребовал у Нгуен Вэньтуна:

— Кто вы такие? Говорить только правду! — тут он неожиданно выстрелил, и боец с простреленной головой замертво свалился на землю, после чего Юэ Чжун продолжил: — В противном случае, следующим будешь ты!

Видя, насколько безжалостно был убит боевик, Бай Янь и Ван Тун почувствовали, что спасители могут быть и похуже их преследователей. Они понимали, что перед ними стоит беспощадный человек, не считавшийся с людскими жизнями. И теперь их собственные жизни оказались в его руках — если они не будут осторожны, то, скорее всего, разделят судьбу этих боевиков.

— Я все скажу! Я скажу! — залепетал задрожавший Нгуен Вэньтун, посмотрев на простреленный череп подчиненного.

— Не нужно беспокоить его, я расскажу все, что вы хотите знать! — в этот момент вперед шагнула девушка, обдавшая Юэ Чжуна волной приятного аромата и, посмотрев на него своими чистыми, словно горный хрусталь, глазами, спросила: — Но перед этим позвольте спросить, как обращаться к уважаемому господину?

— Меня зовут Юэ Чжун, — спокойно ответил он.

«Юэ Чжун! Юэ Чжун?!» — услышав его ответ, Бай Янь, Ван Тун и Нгуен Вэньтун в сердцах ахнули, и с еще большим страхом на него посмотрели.

Имя китайского тирана, нанесшего тяжелое поражение Вьетнамскому Императору Вуянь Хуну, широко разнеслось по всему Северному Вьетнаму. Не только жители Лангшона и Тайюаня со страхом произносили имя Юэ Чжуна, но и вьетнамские выжившие в горном Гаопине, приморском Хайфоне, и в столичном регионе Ханоя слышали имя злодея, который в своем гневе вырезал по слухам сто тысяч их соотечественников.

Став свидетелями безжалостного уничтожения боевиков, а также увидев его в окружение нескольких десятков высокоуровневых мастеров, Бай Янь и другие ни на грамм не усомнились в идентичности Юэ Чжуна.

— Значит, вы Юэ Чжун, который убил мясника Вуянь Хуна и истребил сто тысяч вьетнамцев? — осторожно посмотрев на него, с приятным смехом спросила Наньгун Бинъюнь. — Похоже, слухи не врали.

— Ну не сто тысяч вьетнамских выживших, но несколько тысяч вьетнамских извергов и зверей я извел, да, — также со смехом ответил Юэ Чжун. — И какой еще у меня образ, по этим слухам?

— Восемь футов в высоту, восемь футов в ширину, молодой зверь с торчащими клыками, который, словно демон, каждый день совокупляется с тремя тысячами женщин, не пропуская ни одной — начиная с 9-летних девочек и заканчивая 60-летними старушками. Любимый напиток — человеческая кровь, а также каждый день принимает ванну из крови женщин, — с легкой улыбкой ответила Наньгун Бинъюнь и, посмотрев на двух девочек, стоявших рядом с ним, продолжила: — Ну, сейчас я вижу, что большинство слухов были ложными, однако, кажется, в некоторых есть доля правды.

Глава 490. Городок Цин

— Я хочу знать, кто вы и что здесь делаете, — нахмурившись, напомнил Юэ Чжун.

— Да, — очаровательно улыбнувшись, Наньгун Бинъюнь начала рассказывать.

Она была дочерью президента китайской финансовой группы, которая была средней по меркам страны. Когда начался апокалипсис, она вместе с отцом была с инспекцией на одном из вьетнамских объектов. Так как ее отец был очень способным организатором, то он с помощью своей команды телохранителей смог помочь окружавшим людям, и со временем в его группе собралось порядка двухсот выживших, среди которых было немало китайцев.

Тем не менее, хоть отец Наньгун Бинъюнь и имел сильные организационные способности и харизму лидера, его личная физическая сила была низкой. Также среди его подчиненных и телохранителей не было Энхансеров, поэтому в последнее время им становилось все сложнее противостоять другим группировкам выживших, которые старались расширяться.

Все-таки поглощение крупной рыбой более мелких рыбешек было тенденцией современного мира апокалипсиса. Сам Юэ Чжун захватил или уничтожил множество небольших групп и фракций независимых выживших, так как ему нужны были их люди, ресурсы и материалы.

Бай Янь и Ван Тун в прошлом получили великую милость со стороны семьи Наньгун, поэтому стали их телохранителями. Бай Янь — отставной элитный спецназовец, а Ван Тун — специально обученный телохранитель семьи. Оба они были среди числа защитников дочери семейства Наньгун, которые в момент нападения вывели ее из окружения и сбежали.

Что касается Нгуен Вэньтуна, лидера группы преследования, то он, будучи наполовину вьетнамцем и наполовину китайцем, помогал отцу девушки контролировать вьетнамских солдат. Тем не менее, отец Наньгун Бинъюнь даже представить себе не мог, что тот в один прекрасный день предаст его — он не только продал информацию о них соседнему большому поселению выживших, но и лично убил его, а затем во главе отряда боевиков бросился в погоню за его дочерью.