— Бог с нами! Мы непобедимы! Уничтожить врагов!

Подвергнувшись такому внезапному нападению, двести адептов-фанатиков в белых одеяниях, со взглядами безумцев и с мечами в руках яростно бросились в сторону БМП и джипов, совершенно не обращая внимания, что могли погибнуть. Каждый из этих фанатиков верил, что если погибнуть в бою во имя Бога, то после смерти можно будет попасть в рай, поэтому они смело шли вперед, совершенно не страшась смерти.

В этом была их главная сила — фанатичные адепты нисколько не боялись, что умрут, и были готовы жертвовать собой ради секты, более того, они воспринимали такую смерть за счастье.

Однако какой бы сильной ни была вера в сердце, тело человека не может устоять против пуль. БМП и джипы с пулеметами очень быстро уничтожили все две сотни фанатиков, и те падали подобно скошенной пшенице, а зачастую и в виде кровавых ошметков — земля быстро покраснела от крови и отовсюду доносились мучительные стоны.

Эти сектанты были очень сильны в ближнем бою, но совершенно ничего не могли поделать против современного стрелкового оружия, и своей фанатичностью лишь приближали смерть.

В то же время Великий Старейшина Ло Куй, только почувствовав опасность, тут же взмахнул руками, создавая невидимый «Психический барьер», которым защитился от всех пуль, летевших в него. Он был опытным Энхансером 46-го уровня с не единожды улучшенным навыком «Телекинез», поэтому мог остановить даже крупнокалиберные 12,7-мм патроны.

Нескончаемые пули летели в него, но при соприкосновении с его щитом замирали в воздухе и сразу же падали на землю, благодаря этому боевой дух ближайших рядовых адептов быстро повысился; они стали подтягиваться к Великому Старейшине, не забывая его восхвалять:

— Бессмертный! Неуязвимый!

Увидев это, бойцы в БМП немедленно навели на него 25-мм пушку ZPT-90 и открыли плотный огонь. Тем не менее, снаряды и этой автоматической пушки были отбиты «Психическим барьером» Ло Куя, и все же он смог блокировать их лишь первые три секунды, после чего щит был уничтожен, а сам он, получив мощную отдачу от разрушения барьера, сплюнул полный рот крови. Однако уже в следующее мгновение его насквозь прошили 25-мм снаряды, отбрасывая на десятки метров назад, куда он упал уже теплым трупом.

Ло Куй был одет в доспехи из шкуры мутировавшего зверя 3-го типа, которые нельзя было пробить обычными патронами, но мощь этой пушки была ужасающей, поэтому броня никак не могла его защитить. Таким образом, Великий Старейшина Ло Куй так и не смог продемонстрировать своей физической силы, которой мог бы посоперничать и с Юэ Чжуном.

Как только Ло Куй умер и его щит исчез, сектанты, словно свиньи или скот, начали разбегаться во все стороны.

Видя, что боевой дух адептов Великого Божества, наконец, уничтожен, Юэ Чжун приказал стоявшему возле него Чжэнь Еяну:

— Чжэнь Еян! Иди, прими их капитуляцию и убей тех, кто не захочет сдаваться!

— Так точно, Босс! — крикнул Чжэнь Еян, видя, как безжалостно уничтожают адептов, после чего обратился к своим людям, также бывшим адептам, сдавшихся Юэ Чжуну раньше, — Братья, следуйте за мной! Докажем же свою ценность и пусть Лидер увидит нашу преданность!

— Убить! Убить! Убить! — сдавшиеся адепты один за другим подняли свои мечи и с покрасневшими глазами последовали за Чжэнь Еяном на поле боя, где принялись добивать упорствовавших фанатиков Секты Великого Божества.

Юэ Чжун опасался, что многие пленники непременно предадут его, поэтому использовал их в сражении с другими адептами в качестве пушечного мяса, также тем самым заставляя их разорвать свои связи с сектой.

После того как отряд в восемьсот последователей Великого Божества понес колоссальные потери, эти сдавшиеся ранее адепты, которые уже изначально не были беззаветно преданными приверженцами секты, сейчас рьяно доказывали свою лояльность и преданность новому лидеру, жестоко и отважно, словно тигры или волки, атакуя и убивая бывших товарищей.

В то же время Сун Мяои вместе со своими соплеменниками также ринулась в бой. Яростно атакуя сектантов, они выплескивали свою ненависть и страх, одновременно мстя за множество замученных и убитых сородичей. Ведь в этих местах адепты Секты Великого Божества преследовали представителей народа Мяо и, хватая их, превращали в рабов или секс-игрушки, и даже приносили в жертву своему Богу, поэтому между обеими сторонами укоренилась ненависть. Само собой, Сун Мяои не могла проявить снисхождение к адептам.