— Я так не считаю. Доволен? Это все?

Захотелось отойти назад, но Тайлер не позволил, схватит меня за запястье.

— Послушай, Лети, — строго и холодно заговорил он. — То, что было, осталось в прошлом. Сейчас здесь командую я, и ты обязана мне подчиняться. Если я говорю что-то, слушай и запоминай. Я хочу, чтобы ты осталась жива.

По коже пробежали мурашки. Не от холода.

— Прекрати, Тайлер! Мы все останемся живы.

— Нет, — отрезал он. — Говорю тебе сразу — из этого перехода вернутся не все. Пока спокойно, но никто не может сказать, что так будет и дальше. За нами идут, Лети, понимаешь или нет? Рано или поздно мы окажемся на мушке. А я хочу, чтобы ты выжила.

Тайлер был так близко, что я слышала его дыхание.

— Почему?

— Не задавай глупых вопросов. И запомни, с завтрашнего дня ты идешь рядом со мной — хочешь того или нет. Ясно?

Я кивнула — не знаю, видел ли он в темноте.

— И не стоит меня так искренне ненавидеть, — добавил Тайлер.

— Тебе меня тоже, — не сдержалась в ответ.

— Договорились.

Тайлер не сделал ни малейшей попытки приблизиться ко мне. Расстояние между нами не сократилось ни на миллиметр.

Когда он отпустил мою руку, безумно захотелось убежать как можно дальше и стереть следы его прикосновений. Не потому что было неприятно, а потому, что перед глазами тут же вставали воспоминания. Я боролась с самой собой и, в конце-концов, проигрывала, признавая, что бессильна.

Мне не справиться. Остается только принять, что после всего случившегося, меня все равно невыносимо тянет к нему.

***

Мне опять снился сон. Впервые за долгое время.

Я видела Летицию точь-в-точь такой же, как и в прошлый раз. В черном платье, мертвенно-бледную и прекрасную.

Сегодня она не улыбалась. В ее глазах читался немой укор и недовольство.

— Я ошиблась, да? — тихо прошептала я, прижав ладони к стеклу, которое по-прежнему разделяло нас.

Она молчала.

— Летиция… — слова застывали на языке, а голос казался чужим. — Что мне делать?

Она сделала шаг вперед и протянула руку к стеклу.

Я тут же ощутила легкое дуновение.

Ее губы неслышно шевельнулись.

— Летиция! Я не слышу тебя! — закричала я. — Не слышу!

Она сделала шаг назад и ушла, растворившись в темноте.

Проснулась я с сильным спазмом в горле и со слезами. Чтобы не разбудить Шена и Хейли, которые спали в обнимку рядом, пришлось сделать усилие.

Спазм потихоньку проходил.

Снаружи уже рассвело, и робкие утренние лучи пробивались в щель на пологе палатки. Я нащупала свою фляжку с водой и сделала глоток. Стало легче.

Таких снов я боялась больше всего на свете. Даже страх высоты пасовал перед таким ужасом.

Просто невыносимо — видеть человека, тело и место которого ты занимаешь. Летиция недовольна мной. Это ясно как день.

На третий день перехода мы приметили зарубки на деревьях. Тайлер сказал, что по ним мы сумеем найти дорогу к зимовью. Я, совершенно не умевшая ориентироваться в лесу, засомневалась. Но потом Шен объяснил мне и Хейли, что зарубки точь-в-точь совпадают с тропой, прочерченной на карте.

Тайга жила по своим законам и была не слишком рада чужакам.

Раньше я много слышала о людях, проведших многие годы в лесах. Они чувствовали себя здесь куда лучше. Знали каждую тропку, могли узнавать птиц и зверей по голосам, находить полезные ягоды и коренья.

Нам с ягодами пока не везло. Хейли один раз наткнулась на мелкие, напоминающие барбарис, плоды и уже собиралась попробовать. Крис вовремя заметил и тут же отобрал у девушки все. Ягоды оказались смертельно ядовитыми, и одной такой хватило бы, чтобы умереть за пару минут. Хейли не на шутку перепугалась и больше не трогала ничего нового.

Я опасалась встречи со зверьем, но пока нам везло. Правда, мы натыкались на следы и остатки трапезы хищников. Несколько раз встречали белок и бурундуков. Берри пристрелил зайца на одной из стоянок. Иногда ночами слышался далекий волчий вой.

С каждым днем мне было все легче идти. Хоть усталость и недосып стали постоянными и близкими ступниками. Они следовали за мной из шага в шаг, отзывались в каждом движении. Эти двое не оставляли и во сне — казалось, что я иду, иду и иду вечно.

Я жила мыслью о том, когда мы наконец выйдем к зимовью и там проведем хотя бы пару суток в тепле и под крышей.

Снег не спешил спускаться на землю. Он то моросил противным холодным дождем, то бил в лицо колючей крупой, то просто проносился мимо тяжелыми белесыми тучами.