Капли воды выкатываются из всех щелей, кнопок, выключателей. Проверяю, работает или нет. Никаких признаков жизни. Умостившись на полу, спина упёрта в переборку, так как качает, с камерой в одной руке и струёй воздуха в другой, продолжаю упрямо продувать.

После не знаю скольких продувок, на дисплее появляются смутные очертания изображения. Немного, но я вздохнул, это начало выздоровления. Засовываю видеокамеру в её герметичный чемодан, набитый килограммами силикагеля для поглощения влаги.

Ну вот, можно немного передохнуть. Нет. Потому что скороварка с рыбой испускает нехорошие запахи. Увлёкшись дельфинами, а потом видеокамерой мы забыли про неё. На этот раз кастрюлю приходится нести на корму, выбрасывать содержимое и отмывать её среди волн и брызг. Тогда мы готовим макароны прямо в скороварке, потому что не можем рисковать пролить горячую воду в каюте. Получается бледно и немного безвкусно, но желудку всё равно приятно. Внезапно наступившая ночь утешает нас прекрасным зрелищем Южного Креста, который сверкает между двумя облаками.

День девятый

Сегодня ничего не произошло. Всю ночь мы несли вахту по очереди глядя на небо, боялись чтобы шторм не захватил нас врасплох. Но погода наоборот, прояснилась и утром мы встали с солнцем.

Волнение по-прежнему сильное и этой ночью на палубе разбилось немало гребней. Но всё вместе, может быть по причине голубого неба, кажется менее страшным.

Видеокамера снова работает и мы очень довольны. Первую половину дня пишем и строим планы. Снова вернулись дельфины и на этот раз мы завернули камеру в полиэтиленовый мешок, оставив снаружи только окуляр и объектив. Я поставил также поляризационный фильтр, чтобы устранить блики и переключил на ручной режим контроль яркости. Кадры получаются лучше, но дельфинов меньше чем вчера, когда во впадине одной волны их можно было увидеть с десяток, прыгающих одновременно.

Вторую половину дня снова писал и налаживал новую леску, так как старую оборвала какая-то большая рыба, возможно акула. Почти сразу, как только бросаю леску в воду, попадается тунец, толстенький с тёмными полосами на боках, в Испании их называют бонито. Здорово! Тунец маленький, размер как раз для нас двоих. Бонито, по-испански означает — хороший. Мы может быть предпочли бы alalunga, у неё мясо белое и более сладкое, или дорадо, ещё более деликатную, но и так хорошо. Это подарок моря и как таковой должен восприниматься. Сегодня вечером мы будем есть жареного тунца, если волны позволят использовать сковороду для жарки, или тунца отварного, если волны будут слишком большие, но в любом случае он будет хорош.

В полдень до Мальдив остаётся 312 миль.

День десятый

Нас прилетела навестить птичка бело-сливочного цвета с длинным хвостом, её называют Espiritu Sanctu, она похожа на голубя, который на священных картинах олицетворяет святой дух. Она сделала два круга вокруг мачты, попыталась сесть на флюгер, не получилось, тогда она отправилась в направлении восток-юго-восток. Мы начали немного нервничать, так как эти птицы никогда не удаляются далеко от суши. Но по нашим расчётам до берега должно быть по крайней мере 190 миль. Ошибочны наши расчёты или это птица заблудилась?

Всю вторую половину дня мы провели перепроверяя наше местоположение по GPS и с помощью старого секстанта. Так как результаты совпадают, мы успокаиваемся. Земля в 150 милях, мы увидим её завтра или послезавтра, но после стольких дней в море не верится, что земля вообще где-то существует. Не верится, что существуют люди, дома, деревья и всё остальное.

Впервые за много дней ветер ослаб до двадцати узлов и море, кажется, успокоилось. Что это, близость земли оказывает влияние на погоду? Не думаю. Мальдивы назвать землёй можно с большой натяжкой. На самом деле это цепочка атоллов, протянувшихся с севера на юг, образуя барьер, перегораживающий почти весь океан. Однако сами атоллы, на девяносто процентов состоят из воды, это лагуны, заключённые в тонкое кольцо кораллов. Суши очень мало, атоллы возвышаются всего на пол метра над уровнем воды, длинна их периметра всего несколько километров и ширина несколько сот метров.

Легко ли будет разглядеть их? Для арабских купцов, торговавших в этой части океана, атоллы были наибольшей опасностью. Ночью их совсем не видно, но даже днём коралловый риф может объявиться совершенно неожиданно прямо по курсу. У нас есть карты, секстант, GPS и, теоретически, мы можем быть спокойны. На самом же деле мы нервничаем и напряжение возрастает с каждой пройденной милей.

День одиннадцатый

В два часа утра, наши расчёты говорят, что мы находимся в двадцати пяти милях от Мале.

Ложимся в дрейф и останавливаемся до рассвета, чтобы не рисковать. Стоим неподвижно посреди волн. Когда лодка поднимается на гребень, вдали мерещатся слабые огни или светлое зарево. Может быть огни столицы, может просто это просто наше желание увидеть землю.

Не за долго до рассвета мы снова ложимся на курс, но не на долго, так как в шесть, с первым утренним светом приходит и первый ливень этого дня. Снова ложимся в дрейф, чтобы не рисковать, подходя к берегу без видимости, и снова стоим неподвижно, глядя на серое море, рябое от дождя.