Он проверил время на своих часах, прежде чем обратиться ко мне.

– Ты опоздаешь, если не пошевелишься. У меня сегодня встреча с Соренсеном, и ты мне нужна там.

Для меня сейчас не было слаще этих слов. Моё сердце свободно взлетело, как птица, и тело расслабилось. Он покинул комнату и дом, только тогда я встала с кровати, и пошла в душ, чтобы вымыться.

Мыло было ещё влажным от принятого им душа, полотенце, которое он отбросил, тоже. Я пробежала этим полотенцем через свои бёдра, касаясь своих самых интимных мест, чтобы ещё раз почувствовать его.

Глава 3

Я поспешно оделась и схватила яблоко на пути к выходу из дома. Я знаю, что должна лучше питаться, но аппетита в последнее время не было. Я села в автомобиль, который он купил мне, как часть пакета по нашему договору. Он не был спортивным, не был броским, но проведя исследования, я поняла, что он был самой безопасной моделью на рынке.

Ценник на авто был заоблачный для меня и не только, но это лишь свидетельствовало о его заботе обо мне. Вначале, как только я начала ездить на этой машине, по фирме поползли злые и завистливые высказывания в мой адрес, но он позаботился об этом. Для всех было сказано, что это служебный автомобиль, пригодный для помощника одного из ведущих бизнесменов города.

Напоминание об этом поспособствовало тому, что мой мыльный пузырь лопнул. У меня был договор купли-продажи на моё имя, авто действительно было моим, но мне не с кем было поделиться этим. Этот контракт, который когда-то заставил чувствовать меня себя под опекой и защитой, теперь был удавкой на шее.

Я пыталась раздобыть сведения о тех женщинах, которые были до меня. Он никогда не говорил, как он расправлялся с ними, и на фирме слухов об этом не было. В одном я была точно уверенна, что их было много после смерти его семьи, и эти отношения, если их можно так назвать, никогда не длились дольше нескольких недель.

Мне было страшно потерять его после того, как познала. Я понимала, что многие женщины, наверное, всё ещё работают на него, и я вижу их каждый день. Но никто не смел распускать сплетни о великом Джонасе Харпе, поэтому молчали все, и я всегда удивлялась, как ему удавалось закрыть рты, без договора о неразглашении.

Это было нечто, на что я никогда не узнаю ответа.

Как только я зашла в офис, то увидела Рейчел. Она выходила из его кабинета с сияющим и довольным лицом. Неужели он посмел сделать это, после того как покинул мою постель?

– О, Талия, ты вернулась? Я думала, ты ушла на весь день.

Я что-то промычала в ответ и притворилась, что внимательно слежу за загрузкой своего компьютера.

Джонас вышел из своего кабинета и с минуту пристально следил за нами. Меня стала бить мелкая дрожь от ощущения, что он сравнивает нас.

– Госпожа Кармайкл, поехали, — приказал он.

Я вскочила из-за своего стола и направилась к лифту.

Всю дорогу в лифте наверх, он не смотрел на меня и держал голову прямо. Он даже не шевелился, как будто застыл. Я всё ещё могла чувствовать его внутри меня, но мы оба уже могли заметить, как становились чужими друг другу.

Я случайно взглянула вверх и прямо в отражении двери лифта, наши глаза встретились. Моё лицо вспыхнуло от жара. Оказывается, он всё это время смотрел наменя.

Мои ноги стали как желе и когда двери лифта открылись, я еле-еле смогла выйти из него. Джонас как будто не заметил этого.

Что он искал во мне? Он рассматривал мои недостатки? Взвешивал все «за» и «против» в пользу более привлекательной Рейчел? Я не узнавала сама себя. Я стала нервной, раздражительной и очень обидчивой. Возможно, беременность и гормоны поспособствовали этому? У меня не было на это ответа.

Мы добрались до конференц-зала, где должна была состояться встреча. Мне потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя, пока мы ждали господина Соренсена.

Я проверила свои записи и лишний раз убедилась, что всё было в порядке. Я чувствовала его взгляд на мне, и от него меня бросало в жар. Я уже начала чувствовать дискомфорт от этой ситуации, когда молчание в зале было нарушено.

– Джонас, друг мой! Как я рад увидеться с тобой.

Молодой человек, который вёл себя слишком возбуждённо, вошёл в зал. Он выглядел довольно привлекательным, но не был так хорош, как Джонас Харп. Он протянул руку к Джонасу для приветствия, но его опередили двое сопровождающих его мужчин.

Джонас никогда не говорил об этом, но я думаю, Соренсен пришёл к нему опять просить денег. Он хотел удержать свою фирму, которая досталась ему от отца, на плаву и не дать ей совсем разориться.

За последние несколько недель, мы тщательно проверяли данные фирмы Соренсена. Я собирала информацию о фирме и передавала её Джонасу.

Я не знаю, какой вывод сделал Джонас, но я бы не дала и ломаного гроша этому великовозрастному ребёнку, даже чтобы купить хот-дог. Он был легкомысленным и незрелым, когда дело дошло до бизнеса.