– Ого, вот это мощь!

– Короче, - сказал Ванька, подойдя к нам и отряхивая руки, - это совсем неизвестный мне вид техники. Одно могу сказать точно, она предназначена для перевоза десанта и его огневого прикрытия. Включая экипаж, она вмещает до двенадцати человек. Башня не обитаема, на нее установлена тридцатимиллиметровая пушка. Есть еще пулемет под патрон семь-шестьдесят пять, противоздушная ракетная установка. В общем, парни, если мы сумеем оживить эту крошку, то можете сверлить дырочки под погоны и медали. Уверен ваше руководство будет в восторге.

Почти весь день мы как муравьи крутились вокруг машины. Пока Ванька с Шухером выясняли, как ее заправить, остальные разбирались с контейнером. Мы нашли специальные замки и сняли крышу, а затем и стены. Теперь можно было рассмотреть танк, точнее все-таки БМП во всей красе. Не менее внушительная, чем встреченные на трассе танки, она была все же пониже и казалась каким-то неведомым животным, приготовившимся к прыжку.

Очень скоро Ванька с помощником разобрался, куда заливать горючее. Предположив, что в бочках дизельное топливо именно для этой машины, и начал заправку. Он так увлекся, что незаметно для себя стал читать лекцию, а мы и не мешали, интересно ведь.

– Танк, в отличие от того же самолета, должен быть очень неприхотлив. К примеру, самолет всегда должен возвращаться на аэродром. Бывают, конечно, исключения, я не спорю, но они крайне редки. Уже на аэродроме самолет получает и техосмотр, и заправку, и пополнение боезапаса. Причем при помощи современных, но при этом довольно громоздких приспособлений. К примеру, топливо заливается, точнее, впрыскивается под давлением всего за пару минут. Боезапас меняется модульно, то есть вытащил пустую коробку, засунул полную, и все готово. А танк большую часть боевых действий проводит в поле, поэтому его можно заправлять и с заправки, и из бочки, даже от соседнего танка. Если у танка слетела гусеница, то экипаж может самостоятельно ее надеть, забарахлил двигатель - починить. Даже человека что управляет танком, называют не просто водитель, а водитель-механик. Конечно, серьезные поломки просто так не починить, махина то вон какая тяжелая и сложная. Вот для этого существуют специальные полевые ремонтные комплексы, а самые сложные поломки устраняют уже на заводах. Но повторюсь, большинство проблем решаются в поле силами экипажа. Эх, жаль, нет тут боевых снарядов!

К тому времени он закончил с заправкой и приступил к загрузке боеприпасов. Он повертел в руках снаряд и повернулся к нам.

– А вы чего тут делаете?
– удивился он.

– Ты не отвлекайся, рассказывай. Все очень интересно, - посоветовал ему Васька.

– Да? Ну, хорошо. Так вот, я говорю, жаль, что снаряды холостые, но думаю, ваши спецы смогут отлить для них болванки, а если не смогут, то обратимся к Бауманским.

– Разберемся, - прервал его я.
– Ты говорил, что танки выдерживают высокий фон радиации!?

– Конечно. Теоретически Т90 мог продолжать боевые действия всего в паре километров от эпицентра взрыва.

– А светофильтры у него есть?

– Ха-ха, светофильтры говоришь? Нет, у него, конечно, предусмотрена система прямого наблюдения, но в основном все работает через видеокамеры. Это как будто ты телик смотришь, - опять «очень понятно» пояснил он.
– Короче пока камеры работают, ты сам настраиваешь диапазон, яркость и контрастность изображения. Если они выйдут из строя, то есть система оптического наблюдения, конечно же, оснащенная и светофильтрами, и рассеивающими линзами.

– Отлично. Значит, можем грузиться и сваливать отсюда, прямо сейчас. А то боюсь, к вечеру из бункера за нами придут.

– К сожалению, «Урал» не имеет такой защиты. Он не настолько герметичен и у него нет светофильтров.

– Зачем нам грузовик? Мы нашли, что искали.

– Как?
– поразился он.
– Вы что, хотите оставить его этим говнюкам? Вы даже не представляете, что это за машина. Высокая проходимость, бронированная защита от пуль и осколков, пуленепробиваемые стекла, усиленный фартук для защиты двигателя. А грузы? Как вы собираетесь перевозить грузы? На пассажирских местах БМП? Или на броне? А «Урал» перевезет несколько тонн и не задохнется. Кстати, у меня есть идея, от которой ты не сможешь отказаться.

– Что за идея?

– Пока не могу сказать, чтобы не сглазить, - лукаво произнес он.
– Нужно только дождаться заката.

– Ты как с командиром разговариваешь?
– встрял Васька.

– Но-но полегче, парень! Я вас, когда-нибудь подводил? Вот именно, давайте дождемся заката, вы не пожалеете.

– Ладно, уговорил, - отозвался я.
– Заканчивай тут и на боковую, до заката осталось всего два часа.

Ночевали мы прямо в грузовике. Он, ежедневно проходя дезактивацию, всего немного фонил, а спать в нем было удобнее, чем в БМП. Выставив караул, я залез в кабину к Тане, она подняла на меня красные от уже высохших слез глаза и прошептала:

– Спасибо.

– Да не за что, - ответил я.- Как ты?

– Уже лучше, - совсем тихо ответила она.

– Это хорошо. Кстати, здесь очень слабый фон, поэтому ты можешь снять свой костюм радзащиты.

– Нет!!
– вдруг вскричала она, схватившись за ворот.