Потеряв равновесие на льду, девочка упала, впрочем, ей повезло, и она приземлилась на мягкий снежок. Валентинки кружили в воздухе, точно конфетти. Но налетевший порыв ветра швырнул их прямо на дорогу, где проезжающие машины оставили на блестящих красных сердечках уродливые чёрные отметины колёс.

– Мои валентинки! – ахнула Пиппа. Она стояла на тротуаре, озябшая и мокрая. Девочка уже хотела было подождать, когда проедут машины, и броситься собирать открытки, но Миранда её остановила.

– Это слишком опасно, – сказала сестра. – К тому же они всё равно испорчены. Так что пошли уже в школу.

– Но у меня не осталось ни одной валентинки! Что я подарю друзьям?

– Слушай, Пиппа, День святого Валентина – это глупый праздник. Никто даже не вспомнит про валентинки, вот увидишь!

– У нас в классе все будут дарить открытки, – грустно произнесла Пиппа. Она так ждала этого дня, чтобы показать друзьям, как она их любит. – И это не глупый праздник, – пробормотала девочка напоследок.

Пиппа не понимала, почему в этом году Миранда вдруг решила не праздновать День святого Валентина. Год назад она, как и все, дарила открытки, а потом ходила на танцы для старшеклассников.

В школе настроение Пиппы только ухудшилось, когда все её друзья обменялись открытками.

– Коди! Как красиво! – воскликнула Пиппа, получив валентинку от лучшей подруги, большое сердце из бумаги.

– А у тебя есть для меня? – спросила Коди.

Пиппа покачала головой, и улыбка завяла на губах Коди.

– Я потеряла открытку, которую приготовила для тебя, – объяснила Пиппа. – По правде говоря, я их все потеряла.

– О, – сказала Коди. – А то я уже боялась, что тебе не нравлюсь.

Коди была лучшей подругой Пиппы, и ей бы очень не хотелось, чтобы та переживала на этот счёт.

– Что случилось, Пиппа? – спросила мисс Тилли, учительница.

Пиппа рассказала, что произошло с её открытками.

– Хорошо, что это не тебя унёс ветер, – улыбнулась мисс Тилли.

– Наверно, – грустно вздохнула Пиппа. Она повернулась к окну, чтобы учительница не увидела стоявших в её глазах слёз. Было так неловко получить столько прекрасных валентинок и не иметь возможности подарить в ответ хоть одну.

– Только посмотри на неё, – толкнула Люси Питера локтем в бок и указала на Пиппу. – Сейчас заплачет, как маленькая.

Питер хмыкнул.

– День святого Валентина для малышни.

Снежинки кружили в воздухе, ветер завывал в окнах. Пиппа смотрела на белоснежный танец снега. На мгновение ей показалось, что снежинки образуют какую-то форму. От дыхания Пиппы стекло запотело. Девочка протёрла окно рукавом свитера и прижалась к стеклу. Она была готова поклясться, что перед ней в воздухе висела крылатая пони.

– Снежная пони! – ахнула Пиппа. Это напомнило ей о том, что где-то далеко на волшебном острове живёт её подруга принцесса Звёздочка. Пиппа улыбнулась при этой мысли, и снежная пони улыбнулась ей в ответ. Пиппа моргнула. Ей это показалось или пони правда поманила её копытом?

Пиппа внимательно вгляделась в густой снегопад. Среди снежинок мелькнуло что-то красное. Снова и снова. Губы Пиппы растянулись в широкой улыбке.

Это была никакая не снежная пони, а её лучшая подруга, принцесса Звёздочка!

«Что она здесь делает, за окном моего класса? Почему она не в Шевалии?» – подумала Пиппа.

У Звёздочки была пара больших белоснежных пушистых крыльев, на голове красовалась изящная диадема с розовыми бриллиантами, а на шее на золотой цепочке висел рубиновый медальон в форме сердца.

Пиппа помахала подруге, но Звёздочка, очевидно, торопилась.

– Поскорее! – произнесла она одними губами через стекло.

Рука Пиппы взлетела в воздух.

– Мисс Тилли, можно выйти?

– Можно, но в следующий раз не забудь воспользоваться туалетом перед уроком.

Питер и Люси захихикали.

– Мне не нужен туалет, мисс Тилли, – ответила Пиппа. – Я собираюсь полететь в Шевалию, волшебную страну, где живут мои друзья пони.

– Пиппа Макдональд, у тебя такое бурное воображение. Надеюсь, что когда мы начнём писать сочинение, оно тебе пригодится. А теперь иди, но только побыстрее, пожалуйста, – сказала учительница.

– Хорошо, – Пиппа тихонько улыбнулась. Ей не было нужды торопиться, потому что время в Шевалии текло по-другому. Сколько бы дней она ни провела на этом удивительном острове, в реальном мире не прошло бы и часа.