– Дэвид!
– наверное в тысячный раз за сегодняшний день произнес Стив, почти волоком вытаскивая коллегу из бокса. Парень оказался неожиданно тяжелым.
– Ну почему вы оба решили нарушить правила именно в мою смену?

– Стив? Что у вас произошло?
– это была Кортни, сотрудница службы безопасности.

Женщина отвечала за процесс приема животных. И по сути была главной. Ее появление сулило кучу неприятностей для них обоих.

Голова раскалывалась, глаза никак не хотели фокусироваться. Дэвид смутно помнил, что произошло после того, как он коснулся драконы. В комнате (или это была не комната?) были еще какие-то люди, и они разговаривали. Парень сделал над собой усилие, чтобы разобрать их речь.

– ...хотела бы я знать, почему на эту дракону не подействовало снотворное, - узнал он голос Эви.

– Ты уверена? - это была Кортни

– Ее параметры: пульс, дыхание. Она в процессе разгрузки уже бодрствовала.

– Значит эта бестия...

– Королева, - сказал Дэвид.

Зрение наконец прояснилось и он увидел, что его коллеги столпились у мониторов, просматривая записи с серебряной.

– Что ты сказал?

Кортни развернулась на месте, еще более резкая, чем обычно. Дэв мысленно застонал.

– Королева. У нас есть что-нибудь от головы?

– Гильотина, - отозвалась Кортри.

– Слава Богу! Ты жив!
– обрадовалась Эвелин.

– Держи, герой. Мы уже думали, что ты отправишься к Джо, пускать пузыри.

– Почему королева?
– спросил Патрик, оператор следующей смены.

Дэвид попытался собраться, чтобы дать хоть какой-то вразумительный ответ. Не мог же он сказать им, что просто так ее чувствует.

– Она другая. Нет, не только внешне. В ней есть какая-то Сила… властность, царственность, - пытался подобрать слова парень, но нужного не находилось.
– Я не знаю, как это объяснить. Я просто чувствую это.

– За-ме-ча-тель-но!
– по слогам произнесла Кортни.
– И как я это объясню мистеру Деггеру, герой?

– Дэвид, как это вообще... ну…разговаривать, драконом?

– Эви, они… она использует картинки... образы, ощущения. Как будто я видел сон, только с открытыми глазами и... чужой…

– Ух ты, - это снова был Патрик.

 Его взяли в отдел пару недель назад и он еще не насмотрелся на экраны, поэтому и сейчас он больше наблюдал за происходящим в вольере, чем за коллегами

В вольере главным оказался не очень большой и далеко не самый сильный синий дракон. Это не могло не радовать. Про себя Лианка окрестила его Вожаком. Судя по всему где-то в его родословной затесались Дипломаты. И он был открыт для диалога. Конкурент же Вожака, красно-черный, наоборот предпочитал более агрессивную политику - сильнейшего.

– А кто такой невменяемый Джо? И что сделал красный?
– поинтересовалась Лианка у обитавших тут крылатых.

Перевести слово “сумасшедший” на местный вариант драконьего оказалось невозможным.

– Красный пытался говорить с человеком, но у него не получилось. Человек убежал. После этого они стали носить эти смешные шапки, мешающие нам разговаривать с ними, - ответила маленькая желто-зеленая.

– Совсем не можете?

– Угу, они не чувствуют нас, а мы их.

“Очевидно местные не умеют соизмерять свою силу при разговоре. Слишком “громкая” обратная телепатия просто испекла ученому мозги. С другой стороны скорее всего, шлем имеет ограниченный спектр действия, поэтому для меня он создает только помехи,” - размышляла серебряная. Ей было грустно и жалко Джо. Еще теперь становилось понятно, что работы тут непочатый край и помощников пока искать негде.

– И сколько еще времени мне торчать в этом ящике?

– Обычно люди осматривают новеньких и отпускают в стаю. Стена между клеткой и жилищем отодвигается.

Лианка вздохнула. Похоже процедура была сорвана и ученые мужи теперь сами не знали, как поступить. “Ладно, тогда займемся сломанными ребрами и крылом. В конце концов, я обещала Дэвиду быть тут завтра, хотя он вряд ли рискнет. Славный безбашенный парнишка. А еще не плохо бы и поспать...” - зевнула она. Сонливость и больная голова - стандартное побочное действие антиядовой при сильном воздействии любой отравы на организм, даже если отрава - снотворное. Вот такой парадокс.

– Как серебряная?

– Лежит. Что ей еще делать? За мою смену она даже не пошевелилась. Спит, наверное, как и все, - отозвался Том, еще один наблюдающий за вольером.

 Ночная смена самая скучная. Большая часть драконов засыпает с заходом солнца и просыпается с восходом.

– Не спит, - сказал Дэвид, наученный горьким опытом, просмотрев метрики, - часа два так точно, если не врет аппаратура, Том.

– Солнце взошло сорок минут назад, слишком ранняя пташка.

– То-ом!

Дэвид хотел еще что-то сказать, но его голос заглушили шаги и хлопанье двери.