Дом Осиповых, находился в самом центре села Сосенки. Богатое село с трудолюбивыми оттого и зажиточными жителями, радовало глаз крепкими хозяйствами, красивыми, аккуратными домами. Подворье семейства Осиповых, совсем недавно тоже крепкое и ухоженное сейчас было в запустенье. Вся живность, а это без малого две коровы, бычок, несколько овец и коз была распродана. На огороде всё поросло сорняком, изгородь покосилась. Такая же бесхозность царила и в самом доме. Хозяйку дома, шестидесятилетнюю Зинаиду все в селе последнее время стали называть по отчеству- Никифоровна из-за её рано состарившегося вида. Она была вся седая, ходила сгорбившись, испещрённое морщинами лицо, ещё не старой женщины свидетельствовало о тяжёлом горе, постигшем семью. Сегодня эта семья состояла из двух человек: мужа и жены давно как не молодых, а ведь каких-то девять месяцев назад у них был шестнадцатилетний сын Саша - их поздняя радость. Мальчик рос на редкость послушным и смышленым. После девятого класса родители отправили его учиться в ПТУ, что в пятидесяти километрах от их деревни. Заканчивать одиннадцать классов и поступать в институт Саша и не мечтал, хотя учился на отлично. Родители были уже не молодые, и оставлять их одних он не хотел, потому рассчитывал получить специальность зоотехника и вернуться в родное село. Но судьба распорядилась иначе. Саша пропал. Вот уже как полгода его разыскивала полиция, но все поиски были безуспешны. Родители перепробовали и все народные методы. Деньги, вырученные от продажи скотины были отданы всевозможным гадалкам, экстрасенсам, но все старания найти сына не дали результата. Жизнь для родителей с исчезновением Саши потеряла всякий смысл. Они перестали заниматься хозяйством, перестали общаться с односельчанами, казалось жизнь вообще остановилась в их тихом, полном страданий доме.

Семья Осиповых собиралась ужинать, когда Валя, их соседка, женщина средних лет, запыхавшись, вбежала к ним в дом.

– Никифоровна, я вашего Сашу видела!
– с порога крикнула она, обращаясь к хозяйке.

Радость, которую Валя торопилась донести до соседей, буквально рвалась из её уст, но, не договорив, женщина замерла на полуслове, увидев глаза родителей, обращённых к ней. В их, наполненных горем глазах при слове сын, вспыхнул огонь надежды, да такой сильный, что, Валя испугалась, осознав, сколь велика будет рана, если она ошиблась. И уже как бы оправдываясь, более спокойно она стала рассказывать, избегая слов утверждения.

– Я сегодня в город ездила, кое-что купить детям в школу. На базар заглянула, хотела узнать почём у них там овощи. Мои-то в этом году на славу уродились. Посмотрела...Потом прошла на свою остановку, села в автобус...

– Ну, ну Валя, не тяни, дальше то что?
– Никифоровна буквально пожирала соседку взглядом, жадно ловя каждое её слово.

– Поехали, значит мы, вижу парень на костылях ходит, прямо по дороге. Приглянулась, на Сашу похож. Может, ошиблась, - Валя умолкла.

Хозяйка дома, словно не услышала слов "может ошиблась", она, всплеснув руками, вскрикнула: "Сыночек, кровинушка моя! Нашёлся!" Вся, светясь от счастья женщина обняла соседку и радостно запричитала: "Спасибо тебе Валюша, спасибо родная. Век за тебя молиться буду. Нашёлся, сыночек мой родимый! Слава тебе Господи! Говоришь по дороге шёл? Один или с кем-то?

– Да, вроде один.

Из глаз матери лились слёзы, но это были уже слёзы радости. Глава семейства, отец пропавшего мальчика, Васильич, молча, стоял в сторонке и тоже плакал на радостях, стыдливо вытирая слёзы большой крестьянской ладонью.

– А почему на костылях?
– Никифоровна всё расспрашивала и расспрашивала. Её счастье лилось через край, и она всё никак не могла им насытиться.
– Слава тебе Господи! Так почему говоришь на костылях?

– Не знаю.

– Ну, да может подвернул ноженьку-то или что. Куда шёл не знаешь?
– не дождавшись ответа, как бы опомнившись Никифоровна вскрикнула, - Что это мы тут время теряем, - вдруг засуетилась и стала быстро собираться.

Она схватила салфетку и стала складывать туда еду, что была на столе - это прежде всего хлеб, кусок курицы, помидоры.

– Ты что делаешь?
– хозяин дома посмотрел на часы.
– Уже десять вечера.

– Сашеньке нашему, голодный поди. Может из одежды что взять?
– Никифоровна не поняла слов мужа и продолжала собираться.

– Уже ночь на дворе, куда мы теперь. Завтра с утра и поедем, - как ни старался Васильич говорить спокойно у него это не получилось.

До Никифоровны наконец дошло, что муж не хочет ехать за сыном и она в растерянности замерла на месте. В её глазах зажёгся какой-то странный огонь, заметив который, муж быстро встал и достав из ящичка лекарство подбежал к жене.

– Ну, ну, что ты в самом деле. До завтра рукой подать. Выпей Зинаида, - и он протянул жене несколько таблеток и стакан воды.
– Сейчас ночь на дворе, завтра с рассветом и поедем. Ты попей водички и поспи, утро быстрей наступит.

Жена послушно залпом выпила лекарство. Она села на стул, который ей пододвинула соседка. Сделав передышку в несколько секунд, Никифоровна, однако, не оставила своего желания прямо сейчас ехать за сыном. Она переметнулась к соседке, восприняв её участие, как знак согласия, и теперь уже канючила, обращаясь непосредственно к ней.

– Поехали Валюха. Мы с тобой поедем, нам никто и не нужен, чего время тянуть, - женщина жалостливо смотрела на соседку, держа её за руку и время от времени целуя внешнюю часть кисти.
– Поехали родимая. Христом Бога молю.

Валентина в растерянности переминалась с ноги на ногу, не зная, что ответить и стыдливо старалась освободить свою руку, в которую вцепилась Никифоровна.

– Сказали же тебе Зина, завтра с утра и поедем. Вставай, - муж решительно взял жену за локоть и стал её поднимать со стула.
– Я тебя спать провожу. Вставай!

Никифоровна пыталась сопротивляться, но было видно, что лекарство начало действовать. Движения её становились слабыми, заплетающийся язык не слушался её и, чувствуя, что теряет контроль над собой, она послушно оперлась о руку мужа и прошла в соседнюю комнату где находилась кровать. Как только голова её коснулась подушки женщина тотчас уснула. Сосед взглядом позвал Валю выйти из комнаты. Они прошли на кухню.

– Тебе бы Валя сначала всё мне рассказать. Она как что про сына услышит, с ума начинает сходить. Хорошо приступ не случился. Лекарство всегда под рукой держу. Хоть сейчас и уснула, но завтра, проснувшись, всё вспомнит. Дай Бог, чтобы ты не ошиблась.