Дурачок-Ленни.

– Тогда заебись.
– говорит Лоис.
– Встречаемся после смены возле рампы. Пойдёмте вниз.

Мы тушим свои сигареты и выходим из курилки.

Последние часы смены тянулись особенно долго. Если вам приходилось когда-нибудь с нетерпением ждать пятничной пьянки, вы меня поймёте. Каждая блядская минута каждого блядского часа тянется словно неделя.

Наконец бригадир отметил нам смену, мы дождались Ленни, вырвались на свободу и поймали такси.

Я села сзади вместе с Ленни и Молли. Лоис всю дорогу несла какую-то чушь о том, как надо правильно пить ликёры (из рюмки на высокой ножке; прохладным, но не холодным; с чаем, кофе и фруктами; не сочетать с табаком) и толочь мяту в Мохито (так, чтобы выступил сок; листья сохранять целыми; ни в коем случае не использовать сушёную мяту - только замороженную; класть не меньше 10-15 листочков на порцию), отчего мне захотелось прикончить её прямо в такси, пока я могу накинуться на неё сзади.

Молли что-то нашептывала Ленни на ухо и как бы случайно гладила его по шее, груди и коленям. Мне стало тошно. Сама не знаю почему. Не хочу я на это смотреть. Мрак. Надо было садится вперёд.

Мы добираемся до "Облаков" и поднимаемся наверх.

На лестнице мимо нас спускается парочка - скромная деваха и паренёк в невъебенно дорогих шмотках. Лоис крепко хватает паренька за задницу, тот оборачивается и растерянно смотрит на неё, а она засовывает пальцы в рот, громко свистит ему вслед и заливается хохотом. Потом она пихает меня в бок и кричит, пытаясь перекрыть рёв музыки:

– Хочешь сорок первого?

– Нет.
– кричу я.
– Не сейчас.

– Возьмём "Ольмеку"?
– обращается она теперь уже ко всем.

Лоис поворачивается к Молли. Молли поворачивается к Ленни. Тот пожимает плечами. Молли утвердительно кивает и я вписываюсь.

В "Облаках" (как и всегда в пятницу) полно народу. Вокруг темнота, светится только диско-шар, небольшие лампы над столиками и барная подсветка. Мы едва успеваем забить только что освободившийся угловой столик как раз в тот момент, когда четверо парней у бара поднялись с места, чтобы его занять.

Официантка поставила нам бутылку текилы, и пока я выбирала, что бы взять поесть, Лоис уже разлила всем по полтиннику.

– Ну, твоё здоровье, Ленни.
– лукаво улыбнулась она и мы, звякнув посудой, опрокинули по рюмашке.

Ленни тут же закашлялся. Молли схватила с блюдца лимон, отправила его себе в рот и, просунув его между губ, прошепелявила ему:

– Зафуфывай.

Ленни растерянно посмотрел на неё и замер. Молли подняла брови, с нескрываемым наслаждением оттягивая момент окончания его замешательства и ожидая его дальнейших действий.

Ленни робко поднял руку и опустил её. Снова поднял и взялся за край лимона, явно вознамерившись вытянуть его у Молли изо рта.

– Феа.
– затряслась Молли.

Мне тоже стало смешно. Подумать только, он готов съесть этот мерзкий обслюнявленный лимон, лишь бы только не произнести этого страшного слова "Нет!". Какой же он мудак. Дурачок. Мрак.

Наконец он наклоняется к её губам, отстранив руки как можно дальше, и пытается ухватить губами лимон. Молли смело обхватывает его за шею и поясницу и притягивает его к себе. Они целуются.

– Самое время для порошка.
– кричу я Лоис.

Мы с Лоис поднимаемся и идём в сортир.

С этого момента и до того времени, как я оказалась на танцполе, я мало что помню. В основном только вспышки.

Кто-то настойчиво стучится в дверь кабинки. Лоис что-то кричит и смеётся.

Щёлк.

Белый конверт.

Щёлк.

Лоис блюёт.

Щёлк.

Пытается выловить свою кредитку из заблёванного унитаза.

Щёлк.

– Поправь лицо.
– говорит Лоис, хватая меня за щёки. Я резко отталкиваю её руку, хватаю её за грудки и припираю к стене.

– Спокойно.
– говорит она, с какого-то хуя щерясь во весь рот.
– Глянь в зеркало.

Я смотрю в зеркало. Левая половина лица, или вернее даже мышцы на ней схуиебились куда-то наверх.

Щёлк.

Ну и вот, мы на танцполе.

Лоис сразу же кого-то подцепила и повела к нашему столику. Ленни с Молли (видимо, только этого и ждавшие) сразу же направились в бар. Свой столик хорош, если ты хочешь перекусить, но, если тебе нужно как следует надраться, приготовься каждый раз ждать официантку.

Ко мне подкатывает какой-то жирный хуй. На нём - тёмно-синий двубортный блейзер с пуговицами из искусственного черепахового панциря, хлопчатобумажная рубашка в полоску, с красной вышивкой, шёлковый галстук с красно-бело-синим рисунком в виде фейерверков (от Hugo Boss) и фиолетовые шерстяные брюки от Lazo (косые карманы; спереди - четыре складки). Он мне кивает, я киваю в ответ. Он улыбается. Я улыбаюсь в ответ.