«Поверь мне. Не велика потеря»

Так сказал бы брат. Надеюсь.

«Он мне очень нравится»

Я ей нравлюсь? Дерьмо. Теперь я действительно хочу развернуть этот автомобиль и поехать к ней.

Но, то, что я ей нравлюсь, ничего не меняет. Она сестра Стаута. Он мой партнер. И она до сих пор под запретом.

«Не злись»

«Я злюсь. Но я по-прежнему люблю тебя. Спокойной ночи. Кстати, утром я уезжаю домой»

За последние несколько недель я сказал Лоуренс Торн «я люблю тебя» столько раз, что за всю жизнь не говорил ни одному человеку. Я думал, что эти слова пусты. Они были предназначены для кого-то, кого я не знаю.

Как ни странно, но я все еще не восприимчив к ним. Я чувствую укол в сердце каждый раз, когда говорю ей это.

«Спокойной ночи. Я тоже тебя люблю»

Ох, дерьмо. У Рен нет машины. Ей нужно забрать ее. Я убедил ее оставить на стоянке. Разве теперь я не ответственен за то, чтобы она забрала ее?

Мне нужно написать ей. У меня нет другого выхода.

«Позвони мне, когда будешь готова. Я заеду за тобой и отвезу к машине»

Я увижусь с ней в последний раз перед тем, как она уедет.

«Спасибо, но я знаю, что у тебя много дел. Я вызову такси. Так будет легче, в любом случае»

Легче? Мне будет легче забрать ее и отвезти к машине или она не хочет видеть меня?

«Пожалуйста. Я хочу увидеть тебя снова»

Я никогда не говорил, не писал таких слов женщинам. Вообще никогда.

Проходит минута. Еще. Она должно быть серьезно думает над ответом.

«Я планирую уехать пораньше. Не хочу причинять тебе неудобства»

«Это не проблема»

«Ок»

Эти два сообщения делают меня счастливыми.

«Увидимся»

Я выхожу из субару у входа на фестиваль. На земле валяются пластиковые стаканчики и салфетки.

Люди не знают, что такое мусорка?

Я нахожу Портера и банду Ловибонда возле стенда.

– Вау. Тут ужасный беспорядок.

– Ты пропустил звонок. Тут было такое сумасшествие. Ты куда пропал?

– Мне пришлось отвести Лоуренс в квартиру Стаута.

Портер останавливается и смотрит на меня.

– Ты, должно быть, разыгрываешь меня. Мы тут все работаем, а ты тем временем пытаешься залезть под юбку к сестре нашего партнера?

Я хочу врезать Портеру за такие слова о Рен.

Хоть он и не далек от правды, но он не должен говорить такое в присутствии наших сотрудников.

– Мы можем поговорить наедине?

Портер бросает полотенце на стол.

– Абсо-блять-лютно.

Я иду, пока не удостоверяюсь, что мы вне переделов слышимости.

– Какого черта сейчас было?

– Ты был с Лоуренс весь день.

– Я выполнил все свои должностные обязанности. Каждый пункт. Я получил четыре новых счета. И завтра получу больше. Я окрутил каждого гостя. Я судил домашнее пиво и проделал чертовски хорошую работу. Назови хоть что-нибудь, что я не сделал.

Он молчит.

– Что не устраивает твою задницу?

– Стауту не понравится то, что ты делаешь с его сестрой.

Похоже, это Портеру не понравилось.

– Я ничего не делал с Лоуренс, лишь присматривал за тем, чтобы она могла чувствовала, что ей здесь все рады. Это все.

– Сделай так, чтобы все оставалось как есть, потому что никто из нас не может позволить себе влиять на нее. Ни я. Ни ты. Ни Стаут. Ни одна задница, которая работает на заводе.

– Мы со Стаутом уже говорили о Лоуренс.

Я не должен ему объяснять. Он еще получит от меня.

– Хорошо. Ты знаешь, что у нас много работы, так что тащи свою задницу и помоги нам навести здесь порядок, чтобы мы могли пойти домой поспать.

***

Было около двух, когда я наконец лег в кровать. Сон не шел. Но были воспоминания о Рен в комисоли без лифчика.

Мне очень хотелось потрогать ее сиськи. Потереть большими пальцами ее затвердевшие соски, упиравшиеся в ткань ее топа. А потом переместить руки на ее сладкую попку.