Я вырвал из газеты объявление и заново его перечитал. Эту рекламу поместил американский институт по вопросам патентного права и права товарных знаков, предлагавший начинающим изобретателям помощь в продвижении их блестящих идей. То, что надо! Осталось только позвонить им и попросить, чтобы прислали информационные материалы. Что я и сделал. Меня заверили, что материалы сейчас же отправят, и спустя пять минут я уже вновь мог расслабиться.

Я дочитал «Сан», взял «Гардиан», опять положил и решил, что отправлюсь в город чуть раньше, чем планировал.

«Миррор» [8] я всегда смогу купить по дороге.

День выдался солнечный, и Лондон казался другим. Это был яркий, красочный город. Даже дорога к станции метро — под сводом железнодорожного моста, где стоял оглушительный грохот, по пустынным улицам, по разбитым тротуарам с лужами и пучками пожухлой травы — полнилась для меня очарованием.

И вот я уже иду от Лестер-сквер к станции метро «Ковент-Гарден». Меня распирает гордость от того, что я лондонец. С тех пор как я вышел из дому, мне еще ни разу не представилась возможность сказать «да», но вот я завернул за угол...

— Чашку чая, пожалуйста, — обратился я к продавцу закусочной.

— С сахаром? — уточнил он.

— Нет, спасибо.

— Пятьдесят пенсов, будьте добры. — Продавец поставил передо мной полистироловый стаканчик.

Я полез в карман за мелочью и вдруг понял, что допустил большую ошибку. Надеюсь, вы извините мне эту оплошность, ведь я двадцать лет пил чай без сахара.

— Простите, вы спросили, положить ли мне сахар...

— Да, — подтвердил продавец. — И вы отказались.

— Знаю. Но... не могли бы вы спросить меня еще раз? — Я пододвинул к нему свой стакан с чаем.

— Э...?

— Пожалуйста, спросите еще раз, нужно ли положить сахар.

Продавец нахмурился, но сделал мне одолжение. Взял стаканчик и спросил:

— С сахаром?

Я прокашлялся.

— Да, пожалуйста.

— Сколько ложек?

Я тоже нахмурился.

— Не знаю. Я не пью с сахаром.

Теперь мы оба хмурились.

— Положите на свой вкус, — сказал я, пожимая плечами.

Не отрывая глаз от моего лица, продавец медленно и осторожно положил в мой стакан три полных, с горкой, чайных ложки сахара.

— Столько хватит?

— Да, — ответил я. — Большое спасибо.

Теперь я понимаю, что, по меркам искусства современных европейских баек, эта история про сахар, пожалуй, самая что ни на есть заурядная и что половина из вас, познакомившись с ней, возможно, не устоят перед соблазном вернуться на несколько страниц назад, дабы еще раз с удовольствием перечитать «шедевр» про компьютерный магазин, но для меня это происшествие имеет огромное значение. Я давно пью чай. Много пью. И в тот раз впервые сознательно попросил, чтобы мне подсластили чай. Для меня это много значит — символизирует то, что я готов изменить даже самые насущные, привычные стороны своего повседневного быта. Это открытие глубоко взволновало меня.

Со стаканом сладкого чая в руке я покинул закусочную и продолжил свой путь в направлении Ковент-Гарден. Мое внимание привлек уличный циркач, жонглировавший мячиками. Он выронил мячи, а какой-то мальчишка едва не убежал с одним из них. Я на секунду остановился, наблюдая эту сцену, и вдруг услышал, как ко мне кто-то обращается.

— Простите, сэр, не уделите мне пару минут?

— Уделю, — ответил я, мгновенно преисполняясь ликования. Я повернулся на голос и увидел рыжеволосую кудрявую женщину. Она была маленького росточка, но вся так и дышала энергией. В руках у нее была папка.

— Прекрасно! С вашего позволения я немного расскажу вам об организации «Помощь престарелым».

Спустя десять минут мы уже оживленно обсуждали проблемы стариков. Я подписался на участие в программе «Возьми шефство над бабушкой» и обязался отчислять несколько фунтов из своего ежемесячного жалования на содержание некой почтенной старушки. Главным образом, потому, что моя собеседница начинала свои предложения словами «А не заинтересованы ли вы в том...», и я неизменно отвечал: «Да». Но я ни о чем не жалел. В конце концов, благодаря мне, какой-нибудь пожилой женщине отныне не придется беспокоиться о том, где взять денег. Я попрощался с энергичной рыжеволосой женщиной и опять зашагал к станции метро. Близилось время встречи с Ханной, и я хотел прежде заглянуть в несколько модных магазинов. Но потом справа от себя я вновь услышал чей-то голос:

— Простите, сэр, не уделите мне пару минут?

Я был уверен, что уже слышал эти слова. Причем не так давно.

Я повернулся и увидел высоченного мужчину с длинным носом. На нем был ярко зеленый нагрудник с надписью «Возьми шефство над бабушкой».

— Э... да, но...

— Прекрасно! С вашего позволения я немного расскажу вам об организации «Помощь престарелым».

И стал рассказывать.

— Значит, ты опоздал, потому что...

— Брал шефство над бабушками.