У Лори сжалось сердце. На мгновение ей подумалось, что ее собираются вышвырнуть из рядов «Виноватых», чтобы освободить место для более достойного члена организации. Но потом Пэтти Левин посмотрела в таблицу, что лежала перед ней на столе.

– Вас переводят в отдаленное поселение № 17, – сказала она. – Перебираетесь туда в следующий вторник.

Лори и Мег переглянулись.

– Обе? – уточнила Мег. Пэтти Левин кивнула.

– Вы ведь не хотите расставаться?

Они заверили ее, что хотели бы остаться вместе.

– Вот и прекрасно. – Впервые с момента их прихода Пэтти Левин улыбнулась. – Отдаленное поселение № 17 – особенное место.

За свои семнадцать лет Джилл твердо усвоила одно: в жизни постоянно что-то меняется – внезапно, непредсказуемо, безо всяких на то причин. Только толку-то от того, что она это знала, если ее могла повергнуть в шок даже лучшая подруга, причем прямо во время ужина, когда они ели макароны с сыром?

– Мистер Гарви, – заявила Эйми. – Думаю, мне пора начинать платить за проживание.

– За проживание? – хмыкнул ее отец, словно ему не меньше других нравилось, что над ним подшучивают. Последние недели, с тех пор, как он вернулся из Флориды, он пребывал в хорошем настроении. – Насмешила.

– Я серьезно. – Вид у Эйми действительно был серьезный. – Вы очень добры ко мне. Но, вообще-то, я чувствую себя приживалкой.

– Ты не приживалка. Ты – гостья.

– Я живу у вас уже бог знает сколько. – Эйми специально сделала паузу, подталкивая его к тому, чтобы он выразил несогласие. – Вас, наверно, уже тошнит от меня.

– Не говори глупости. Нам нравится твоя компания.

Эйми нахмурилась, словно своей добротой он усугублял в ней чувство неловкости.

– Я ведь не только сплю здесь. Я ем ваши продукты, пользуюсь вашей стиралкой и сушилкой, смотрю ваш телевизор. И еще много чего.

Интернет, перечисляла про себя Джилл. Отопление и кондиционер, тампоны, косметика, шампунь, бальзам для волос, зубная паста, мое нижнее белье…

– Ничего страшного. – Кевин глянул на дочь, желая понять, не расходится ли ее мнение с его. – Правда?

– Конечно, – подтвердила Джилл. – С тобой веселее.

И она не кривила душой, хотя иногда ее раздражало, что Эйми обосновалась у них, как у себя дома, и в обозримом будущем съезжать не собирается. Да, осенью у них бывали трения, но за последние пару месяцев ситуация выровнялась. Рождество они встретили здорово, устроили отличную новогоднюю вечеринку, пока отец был на отдыхе. В последующие недели Джилл постаралась доказать себе и окружающим, что она не зависит от Эйми – не ходила с ней гулять каждый вечер, добросовестно училась в школе и чуть больше времени проводила с отцом. Казалось, наконец-то достигнут баланс, который устраивал всех.

– Я еще никогда не платила за жилье, – сказала Эйми, – и я понятия не имею, сколько это может стоить, особенно в таком доме, как ваш. Но, полагаю, домовладелец назовет свою цену.

В ответ на «домовладельца» ее отец поморщился.

– Опять глупости говоришь, – сказал он. – Ты – школьница. Где ты возьмешь деньги, чтобы платить за проживание?

– Как раз этот вопрос я тоже хотела с вами обсудить. – Эйми, казалось, вдруг смутилась. И куда только подевалась вся ее самоуверенность? – Думаю, я завязываю со школой.

– Что?

Эйми покраснела, что поразило Джилл, потому что Эйми никогда не краснела.

– Я бросаю школу, – сообщила она.

– С чего вдруг? – спросил Кевин. – Через несколько месяцев ты и так ее закончишь.

– Вы не видели мой табель успеваемости, – отвечала Эйми. – В последнем семестре у меня неуды по всем предметам, даже по физкультуре. Если я хочу получить аттестат, мне с осени снова придется садиться за парту, а я скорее застрелюсь, чем стану второгодницей. – Она повернулась к Джилл, умоляя ее о поддержке. – Ну же, скажи ему, что я двоечница.

– Это так, – подтвердила Джилл. – Она уже не помнит, как шкафчик открывается.

– Кто бы говорил, – заметил ее отец.

– В этом семестре оценки у меня будут лучше, – пообещала Джилл, думая о том, насколько легче ей будет сосредоточиться на учебе в отсутствие Эйми. Они не будут вместе отправляться из дома в школу, не будут обкуриваться травкой за супермаркетом или сбегать с уроков на двухчасовой обеденный перерыв. Я снова смогу стать самой собой, рассуждала она. Снова отращу волосы, начну общаться со своими старыми друзьями…