Шрифт:
Ева подозрительно посмотрела на помощницу:
– Одри, ты же сказала, что я не даю согласие на съемку?
– Да... Я сказала, но может, все-таки передумаешь?
– Нет, Одри, я не передумаю.
– Эх... Ну... Готовься, короче, иди, переоденься во что-нибудь поярче.
[Глава_4]
– Ева Винтер.
– Ее голос был настороженным. Не так уж часто ей звонили с незнакомых номеров. Вернее совсем не звонили: все рабочие телефоны были у Одри.
– Ева, привет. Это Лорен.
– У тебя новый номер?
– Сэм утопил мой сотовый. Восстанавливать номер – много мороки, так что вот. Конечно, когда Ник возьмется за меня, мой старый номер будет восстановлен...
Ева рассмеялась.
– Клиф такой же непоседа?
– О, нет. Клиф у нас серьезный и рассудительный. Только благодаря этому мы их и различаем! Но звоню я тебе не для того, чтобы обсудить эту парочку.
– Да? А для чего?
– А звоню я, чтобы голову тебе оторвать! Ты забыла, как вся синяя и измученная приехала в "Хоуп Даймонд"?
– Лорен, – напряженно проговорила Ева: – Ты как никто другой знаешь, что я это вряд ли когда-нибудь забуду...
– Тогда какого черта?!
– Лорен, ты про что?
– Я про «Деловой вестник»! Расскажу тебе один секрет: он выходит по всей стране!
– Я знаю.
– То есть ты уже не боишься своего муженька? Хотя, это довольно глупый вопрос...
– Действительно, идиотский вопрос! – Раздраженно заметила Ева.
– ...Глупый вопрос, потому что если бы ты его опасалась – не дала бы разрешение на обложку с твоим фотопортретом! В середине журнала – глупо, однако, куда не шло... Но на обложке! Ева, то, что я пережила тогда... – Женщина глубоко вздохнула. – Хуже я чувствовала только, когда родители погибли. Что ты наделала?!
– Я не могу понять, о чем ты говоришь? Связно выскажи свою мысль, полностью, а не обрывки.
– Связно? На тебе связно: ты дура, Ева!
– Таак, а почему я дура?
– Потому что на обложке последнего номера «Делового вестника» красуется твое фото! Фото, конечно, шикарное! Но ты – дура!
Внутри все замерло, в горле образовался комок. «Я же не давала согласия...»
– Я не давала свое согласие на фото... – Безжизненным тоном ответила Ева.
– Остается только надеяться, что это «несогласие» не заметил твой благоверный... Ева, может быть, ты на некоторое время приедешь в Хьюстон, а?
– Нет, Лори. Я... – Все тело застыло. – Я не знаю. Мне страшно. – Женщина стала бессознательно туда-сюда ходить по кухне.
– Может быть, мне с близнецами к тебе приехать? Ник не приедет, но...
– Ты что?! Лорен, я... Брис, он получает наслаждение, когда видит страх. Когда я чувствую боль – он чувствует удовлетворение... Он ненормальный, Лорен! И я ни за что в жизни не пущу тебя и близнецов туда, где может появиться Брис... Лорен, я очень тебя благодарю, что сообщила мне... – По щекам покатились слезы. – Я ведь думала, что...
– Ева, обещай, что будешь осторожна!
– Обязательно. Я люблю тебя.
– И я тебя, сестренка. Звони мне каждый день.
– Обязательно.
Ева отключила сотовый и съехала по стене. «Снова! Господи, хоть бы он уже забыл про мое существование! Два года, в конце концов...» Женщина покачала головой, не веря в происходящее. «Мы поженились и должны быть вместе до самой смерти: твоей или моей». От страха по спине поползли мурашки, начали трястись руки.
В этот момент раздалась трель домофона. Ева дернулась, горло сдавил страх. На непослушных ногах женщина подошла к домофону. Дрожащими руками она никак не могла нажать кнопку и включить камеру.
– Кто?
– Ева, привет, это Гейб.
– Ах... – Она словно задыхалась.
Калитка открылась. Ему показалось или с ней что-то не то? «Нет. Не показалось». Цвет ее лица полностью сочетался с ее белой формой.
– Привет. У тебя все хорошо?
– Привет. Все нормально.
Он сощурился.
– Да, я вижу. Ты, извини, но у нас в анатомичке у трупов, в сравнении с тобой, есть румянец.
– Ты умеешь сказать девушке приятное, – на автомате ответила женщина.
Мужчина долго и внимательно разглядывал ее.
– Говори, что случилось, – сказал он тоном, не терпящим возражений.
– Просто получила не очень хорошие новости. Проходи в кухню.
Он кивнул. Они прошли в кухню, где еще несколько минут назад Ева в ужасе подпирала стену.
– Пожалуй, в этот раз я тебя обслужу. Где у тебя стаканы? – Она указала рукой на висячий шкафчик. – Может тебе успокоительного? – Спросил он, набирая воду.
Ева покачала головой.
– А где Барт? Я не получил свою порцию «ласк».