И, не дожидаясь согласия, Фролов направился в сторону кафе. Татьяна покорно пошла за ним, хотя в ней все на секунду замерло. Кафе было на той улице, по которой Валерка ходил в школу. Правда, последний урок заканчивается через час, но если сегодня четыре урока, — значит, он может ее встретить и, конечно, подойдет, спросит, куда она идет с чужим человеком. «Сказать Фролову немедленно, сейчас о том, что у меня двое детей и они меня ждут. Нет, лучше не говорить, это надо было сказать сразу, в первый вечер. Нет! Только не сейчас!»

— Вы очень устали? — спросил Фролов.

— Да, — ответила Татьяна. — Утомительный день, телефонные звонки, разговоры...

— Хорошо, что вы одна и не надо ни о ком заботиться.

«Сказать, сейчас же сказать», — подумала Татьяна. Но что-то мешало ей сделать это.

В кафе Фролов подвел Татьяну к столику у большого окна. Сели. И вдруг Татьяна поднялась:

— Меня раздражает солнце, уйдемте отсюда.

Фролов тотчас согласился и покорно пошел за ней в глубину зала, а Татьяна думала: «Надо было найти предлог зайти домой, предупредить тетю Нюру, она уложила бы ребят».

— Вы знаете, — между тем говорил Фролов, — я здесь, видимо, ненадолго. Может быть, нам сейчас воспользоваться свободным вечером, взять машину и поехать посмотреть взморье, озеро?.. Что еще здесь стоит посмотреть?

— Очень много, — сказала Татьяна, — но... — она сделала паузу, — я должна переодеться, я не могу же так ехать. — Сказала, а у самой похолодели колени. «Интересно, во что я переоденусь?» С тех пор как она познакомилась с Фроловым, Татьяна и на работу ходила в лучшем платье.

— Но мы же не в театр едем, хотя, если это необходимо, я подожду вас, — покорно согласился Фролов.

Татьяна немного успокоилась. Она решила, что попросит Фролова посидеть на скамейке в парке напротив ее дома. Но официантка не спешила подавать. Потом долго не приходила получать деньги. И когда наконец они вышли из кафе, был именно тот час, когда Валерка возвращался из школы, а Нина из парка, куда ей разрешалось ходить гулять до ужина.

— Знаете что? — с небрежной веселостью сказала Татьяна. — Едемте прямо сейчас, я не буду переодеваться. Кстати, рядом остановка такси.

Усаживаясь в машину, она думала: «Ничего, как-нибудь обойдется, тетя Нюра поймет, что я задержалась на работе, и поможет ребятам. Надо в получку купить ей на платье».

В этот вечер стемнело почему-то очень быстро. Татьяна и Фролов не успели осмотреть и половину того, что наметили. Они попытались пойти в кино, но не могли достать билетов. Фролов предлагал посидеть в парке, но Татьяна сослалась на головную боль и попросила отвезти ее домой.

В квартире стояла тишина, хотя было еще не поздно. Татьяна подошла к своей комнате. До нее донеслись смех и голоса. За столом сидели Валерка, Нина, тетя Нюра и Надя. На столе стоял большой и очень нарядный торт, а перед ребятами маленькие тарелки с огромными кусками торта. Валерка, как всегда, держал на руках щенка. Щенок передними ногами стоял на краю стола и с любопытством смотрел на всех. Дети аккуратно ложечками брали с тарелок торт и старательно, не торопясь, ели.

— Откуда торт? — удивилась Татьяна.

Надя засмеялась и ответила:

— Это мне на квартиру прислали.

— Кто?

— Тот, с кем я познакомилась на балу. Я тогда в шутку сказала, что у меня сегодня день рождения.

— Влюбился в тебя, Надежда, этот летчик, — очень серьезно сказала тетя Нюра.

— Нет, это он просто так, мы ведь с ним больше даже не встречались.

— Но почему торт здесь, а не у тебя?! — спросила Татьяна.

— Ты же знаешь, я не люблю сладкого, вот и решила принести его ребятам.

Тетя Нюра налила Татьяне стакан чаю и, подавая, спросила:

— Что, опять на работе задержалась? Я вижу, тебя долго нет, давай сама хозяйничать.

Татьяна не ответила, только выразительно посмотрела на женщин, и все рассмеялись. Скоро тетя Нюра и Надя ушли. Татьяна начала укладывать детей спать. Нина долго расшнуровывала ботинки и вдруг спросила:

— Мама, пусть бы тебя кто полюбил и тоже прислал торт. Почему тебя никто не любит?

Но сын сразу заступился за мать:

— Неправда, ты все врешь, нашу мамку все любят. И папа всегда говорил, наша мама хорошая. Ты не помнишь, а я помню. — Валерка ничего не помнил, он был маленький, когда погиб отец, но ему казалось, что отец так говорил. — И тетя Надя говорит, — продолжал он, — что наша мама — хороший геолог и отделом умеет руководить, у нее тридцать человек сотрудников, и все ее любят.

— А торта не присылают, — не унималась Нина.

— Еще пришлют, не беда, — уверенно сказал Валерка, засовывая под одеяло щенка. Потом он улегся сам, прижал щенка к себе и сразу уснул.

Татьяна долго еще возилась, прибирая в комнате, и все время думала о Фролове: «Завтра у него полеты. Наверно, это очень страшно». Она пыталась с ним и сегодня заговорить об этом, но он только засмеялся и сразу начал о другом. Когда-то вот так же она спрашивала мужа, не страшно ли ему ехать в экспедицию на далекий север. Он только улыбался в ответ, а потом не вернулся. «Да, да, — думала Татьяна, — строим, ищем, сооружаем, защищаемся, несмотря ни на что».