Нам выдали непригодный пока к работе инструмент, который мы отремонтировали, закрепили на деревянных рукоятках, наточили его ,довели до работоспособного состояния и пошли разделывать берёзы и брёвна из разобранного старого здания на чурки и раскалывать их на поленья.

Погода испортилась. Моросит мелкий нудный дождик. Мы работаем с перерывами и укрываемся от дождя под навесом. А в поле в это время работают студенты Уральского политехнического техникума. Они выкапывают и убирают картофель. Работа тяжёлая и неприятная, но её надо выполнять, и молодые ребята стоически её делают. Это понимают все те, кто приехал помогать передовому совхозу в уборке урожая. Одежда на студентах домашняя, ни о какой спецодежде нет речи и никто её не предусматривал. Они, молодые люди, воспитывались в духе патриотизма, беззаветного служения Родине и, чтобы работать не покладая рук, не разгибая спины и колен и не смыкая глаз. К вечеру работа заканчивается и ребята с поля возвращаются в насквозь мокрой одежде в недостроенное помещение длинный барак, сложенный из природных камней и шлакоблоков. Крыша есть, но в бараке сыро, освещения нет, отопительных приборов нет. Как после работы в поле, где негде укрыться от дождя, хотя и мелкого обсушиться и может обогреться ребятам? Никто не знает. Их руководитель что-то пытается добиться от руководства совхоза, чтобы они улучшили условия проживания студентов при уборке урожая, но всё глухо, как в танке и к ним никакого внимания никто не уделяет. К бараку подведена низковольтная линия электропередачи и внутри барака смонтирована электропроводка. Но сделать перемычку от проводов линии и подсоединить внутреннюю электропроводку в бараке некому. Имеющийся и работающий в отделении совхоза электрик занят уборкой картофеля на своём огороде. Руководитель отделения толстый, важный, вальяжный господин, кажется не обращает на всё это никакого внимания. Днём невдалеке от нас, заготавливающих дрова, на опушке леса в рабочее время остановилась спецмашина, в кабине которой трое квасят, выпивают, закусывают, весело разговаривают, а совхозная работа постоит и никуда не убежит от них, и им всё до лампочки и трын-трава. Кто они и какую работу они должны выполнять, никто из нас не знает. Студенты видят это нестандартное поведение совхозных рабочих и ведут между собой невесёлые, прямо-таки антисоветские разговоры, и очень хорошо и даже отлично запоминают это явление, приобретают отрицательный опыт и понимают, что не надо обязательно работать, чтобы получить зарплату и, по возможности, легче прожить. Это конкретная школа, результаты такого "обучения" вряд ли кому удастся скомпенсировать.

Вечером ко мне подошёл руководитель студентов и попросил подключить электропроводку в бараке к электросети. Мы выполнили просьбу и сделали всю необходимую работу. В бараке появился свет и даже немного тепла от имеющихся у студентов электроплиток. Девочки и мальчики повеселели, хотя весёлого было мало, так как они в насквозь сырой одежде, и когда они ещё могут обсохнуть, добро бы к утру, когда надо идти на работу, да ещё в ненастную погоду. Этот энтузиазм, на котором безответственные руководители едут вперёд на этих девочках и мальчиках, нисколько не заботясь о них и их здоровье, всё-таки вреден для страны. Кто занимался обустройством людей, приезжающих из городов в сельскую местность помогать убирать урожай? Помогать сельскому хозяйству в тех условиях было нужно, а разве руководители этих хозяйств не должны были беспокоиться о приезжающих помощниках и думать о их работе, в том числе и в неблагоприятных условиях и об условиях их быта. А ведь зачастую руководители, да и работники сельских хозяйств смотрели на помощников с большого высока, с превосходством и с барским отношением, что вы приехали так и работайте, а мы вроде отдохнём. Это в страдное-то время. Немыслимо. Но было.

Совхоз им. Ленина, Каменск-Уральского района, Свердловской обл. 1981г.

121. САША ГУБИН.

Он работал у нас в цехе в качестве электромонтёра - линейщика и считался опытным, знающим своё дело работником, специалистом в своём деле. Он умел заниматься любыми наземными, а также верховыми работами на опорах высоковольтных и низковольтных линий электропередач.

По незнакомой нам причине он от нас вдруг ушёл на другое, соседнее предприятие города - теплоэлектроцентраль - ТЭЦ и стал там работать в качестве дежурного электромонтёра. Он приходил к нам поговорить и рассказать о своей должности, как наш бывший работник и товарищ и делилсяс нами своими делами. Мы сначала спрашивали его о делах: "Где работаешь, Саша?"'Он кратко и быстро отвечал: "Дэм". Мы пока не знали, что это такое, а потом расшифровали, и поняли, что это дежурный электромонтёр.

Прошло несколько лет. Саша рассчитался и ушёл с ТЭЦ и уехал в город Нижнекамск, и поступил работать во вновь построенный громадный завод для производства и выпуска большегрузных автомобилей "Камаз". Во время отпуска он приезжал в наш город Качканар и приходил к нам побеседовать. Мы его спрашивали: "Так где работаешь, Саша?" Ответ у него короткий: "Камаз". Но сначала не пояснил, в каком качестве и в каком цехе громадного предприятия он работал. Да и мы должны были понимать то, что поскольку он был специалистом - электриком, то и занимался электрическими делами, а потому мы больше не донимали его ненужными вопросами. Разговоров у нас было достаточно на другие повседневные темы.

Прошло десятка два лет. Саша приехал в наш город, чтобы посетить могилу матери. В вечернее время , когда основные работы были закончены они вдвоём с товарищем пришли ко мне в кандейку, в в которой я ещё оставался и заканчивал свои бумажные дела и документально оформлял проведённые и выполненные и выполненные работы по обслуживанию и ремонту электроустановок города и комбината за прошедший день. Я посмотрел на него, и удивился тому, что он пришёл во рваных туфлях, на одной из которых напрочь отлетела подошва от носка до каблука и болталась в виде длинного языка. Такое явление рваной обуви было описано в литературе, в книге "Как закалялась сталь". Но ведь это явление было в то время, когда в стране была полная разруха. А сейчас как это стало возможным? Я не понял такого явления сейчас. Саша, как же это случилось? Что же не мог найти нерваных туфлей?

Он не злоупотреблял спиртным и был трезвым человеком. Да, тут чувствовалась тяп - ляпная никудышная стахановская работа одной из обувных фабрик СССР, такая, что вновь сделанная обувь быстро разваливалась напрочь. Саша обратился ко мне с тем, чтобы мы помогли ему отремонтировать туфли, для начала хотя бы приклеить подошвы и склеить носки. Средства для этого у нас были, но рабочий день кончился, наши работники ушли домой, потому пришлось подождать какое-то время, после чего сделали маломальский ремонт обуви. Что же Саша отнёсся к себе неосновательно, ведь он ехал в другой город, и перед поездкой надо было приобрести обувь покачественнее.

Г. Качканар. 1990г.

122. ЮРА СОКОЛОВ.

Он работал у нас электромонтёром по ремонту высоковольтных линий электропередач. Кроме работы, он занимался спортом и часто стоял за честь нашего цеха в разных спортивных соревнованиях, имел неплохие достижения по прыжкам в высоту и в беге на различные дистанции. Поскольку он был развит физически, то и на рабочем месте он исполнял все дела толково и надёжно, в том числе и работая на высоких опорах линий электропередач, а это при обслуживании таких объектов было очень важно, но был также и своеобразен.

Он женился, ему предоставили квартиру в 12-ти-этажном благоустроенном доме, и так можно было жить-поживать и добра наживать. Но по какой-то причине в семье начались разлады, и семейная жизнь не получилась, а жена ушла от него. Юра остался один и стал не в меру употреблять различное спиртное пойло. К нему стали приходить в благоустроенную квартиру знакомые товарищи по работе и другие малознакомые люди на "чашку чая",а больше для того, чтобы выпить дармового спиртного пития. Квартира постепенно превращалась в неуютное и неустроенное место пребывания, и постепенно приходила в грязное состояние.