– Я в курсе, Тайлер, – усмехается Том. – Он же король фэйри. Обиженный и злой. Ты бы не был зол, будучи запертым в клетке на три тысячи лет? Если бы потерял часть своей силы и был лишен возможности выбраться куда-то и восполнить ее? Если бы стал обычным смертным где-то в гетто?

Тайлер вдруг заметно бледнеет, хотя Том и не понимает причины.

– Кто твои новые друзья?

– Боюсь тебя разочаровать, но тут все сложнее дружбы. Видишь ли, Коллинз, налицо цунгцванг. Это мистер Риваль Ред, он филг. Если ты покопаешься в голове, вспомнишь, что это такое. А это мистер Имс, он играет в те же игры, что и ты, только для другого лагеря.

– Фоморы, – выплевывает Том.

– И когда ты успел поверить в то, что ты чистый сид? – брезгливо морщит переносицу этот сильно смахивающий на гангстера мистер Имс. – Ты и в самом деле убежден в том, что ты и древний маг – одна и та же личность?

– Тому есть некоторые доказательства, – криво улыбается Том.

– А что тут вообще происходит? – из угла подает голос Джим, который даже трястись перестал, видимо, от шока.

Тайлер поворачивается и вздыхает.

– Зачем ты его притащил?

– Ему надо переодеться, иначе у него будет воспаление легких.

– В этой комнате минимум три мага, и никто не может помочь парню? – наигранно удивляется Имс.

– Мистер Имс, возможно, «парень» уже никогда не выйдет из «этой комнаты», – с изысканной вежливостью говорит Ред, и Тому вдруг явственно кажется, что он где-то на чаепитии у Шляпника, что Ред сейчас запахнет свой ярко-синий пиджак, вспрыгнет на стол и запоет затейливую песенку неестественно высоким голосом. Но Ред только присаживается на край стола, и вид у него мрачнее мрачного.

– Вы кто? – спрашивает Джим, и Том вдруг понимает, что совершенно не слышит в его голосе страха, только любопытство.

Остальные, видимо, тоже, даже своим сверхъестественным слухом, потому что все, как по команде, поворачиваются и смотрят на Джима.

Потом Ред что-то ворчит, но щелкает пальцами, и рубашка на бедном официанте становится абсолютно сухой. Ведет ладонью по воздуху – и все горелки на газовой плите вспыхивают голубым.

– Иди, грейся, если замерз, – говорит он.

Глава 5

Иррационально Том злился больше всего на себя как раз за то, что притащил домой этого официанта. Не за то, что попался в ловушку, не за то, что погубил, видимо, уже тысячи людских жизней – вернее, позволил погубить сидам, а сам и не знал об этом, и не за то, что сейчас себя чувствовал абсолютно беспомощным. Почему-то именно за этого веснушчатого синеглазого Джима, который в кафе своей хитрой улыбкой так походил на лукавого фавна, что Том даже несколько минут пристально к нему приглядывался.

Но нет, Джим оказался человеком.

А ведь с фавном было бы проще. Фавн был бы на его стороне без всяких экивоков. А этого… видимо, тоже придется пустить в расход.

Хотя почему-то Тому этого делать не хотелось. Странно, что он выделял его из массы людей. Или, может быть, выделял вовсе не Том?

Может быть, все было так потому, что Джим совершенно ровно сейчас держал спину и обводил их любопытным взглядом. Не боялся ни черта. Героями бывают только глупцы, в этом Коллинз не раз убеждался, видимо, и этот едва оперившийся мальчишка был из таких.

А вот Имс… о, все в нем кричало, что он опасен. Умен. Этот рисковать своей шкурой за гроши точно не будет, и личин у таких людей, как правило, сотни, и никогда не знаешь, какая из них хотя бы отдаленно похожа на то, что внутри.

Имс, между тем, наклонился и поднял с пола трискелион – поднял и даже не поморщился. Том смотрел некоторое время с ожиданием, а потом стиснул зубы от досады. Видимо, фоморы и сами не знали, какого сильного игрока им повезло достать из пучины веков. Жестокая магия сидов, заключенная в этом амулете, на него не действовала никак. Ну, или не так, как на других. Том вспомнился, как бледнел и задыхался Форестер, как шипел лепрекон, как перекосился Ред, когда лишь на секунду коснулся кулона. А Имс держал его в руках без всякой натуги и пристально рассматривал.

Риваль тоже смотрел на него во все глаза – с изумлением и почти благоговением.

– Имс, – позвал он. – Боги благоволят к тебе. Ты знаешь, что это?

– Полагаю, охранная побрякушка из Страны чудес, – крякнул Имс и потряс цепочкой перед глазами. Кулон блеснул в свете окна.

– Это трискелион самого Луга, королевская вещь. Немногие смертные, да даже фэйри могут его касаться без боли и страданий. Дан носил его на груди много сотен лет, и лишь чрезвычайные обстоятельства заставили его расстаться с ним.