Нет, конечно, хотела было сказать Камилла, ведь истинные леди никогда так не

поступают...Но ведь Морт не леди.

Только от одной мысли, что Морт могла так поступить, ее бросило в дрожь. Король

никому не позволит смеяться над собой. Каждая минута ожидания стоила ей если не

седого волоса, то нескольких сотен нейронов. Наконец, когда лорд Блэквул уже

собирался послать за ней слуг, принцесса Мортенрейн стала спускаться по лестнице.

Она была одета необычайно опрятно для себя, ни одна прядь не выбилась из прически,

на платье ни одной лишней складки. Спустившись, она извинилась перед отцом и

женихом и попросила разрешения занять свое место в карете. Девушка говорила вежливо и ласково, не поднимая глаз. Перед тем, как зайти в карету, она попрощалась с каждым

из братьев, поцеловала в щеку Эмри, поклонилась отцу и матери. Камилла не могла найти в себе слов от удивления. Она была уверена, что Морт закатил скандал и устроит

настоящее представление из своего отъезда. На этот случай у нее даже было заготовлено множество фраз и извинений.

Уже садясь в карету, в которой должна была ехать с самим принцем и его дядей, Морт на мгновение подняла голову, скользнув взглядом по башням замка, а затем по каждому

из своих братьев. По ее лицу ничего нельзя было прочитать, но леди Камилла была

совершенно уверена в том, что ее дочь что-то задумала.

Только бы она не расстроила свадьбу, только бы не свадьбу...

Без принца замок быстро опустел. Ведь он привел с собой людей больше, чем там

теперь оставалось. Камилла вздохнула с облегчением. Как бы там ни было, теперь забота о Морт ляжет на другие плечи.

– Это все твоя вина, - сказала она мужу, когда ее дети разошлись. По их лицам нельзя

было сказать, что они расстроены отъездом единственной сестры. Да теперь и сама

Камилла не знала, расстроена ли она. Какая ерунда, конечно же, она расстроена, просто

должна быть расстроена, ведь Морт ее единственная дочь. Должно быть, она еще просто не осознала, что произошло.

Лорд Блэквул повернулся к ней:

– О чем ты?

– Она всегда была больше твоей, чем моей, - с обидой проговорила Камилла.

А должна была быть моей.

– Она научилась держать меч и объезжать лошадей раньше, чем шить, - продолжала она.
– Иногда мне кажется, что меч она взяла в руки раньше вилки.

– Зато все мальчики похожи на тебя.

– Кроме Вейерана, - проговорили они вместе, и Камилла рассмеялась.

– К тому же у тебя есть малышка Эмри, - напомнил ей муж.
– Уж из нее ты можешь

вырастить себе такую дочь, как захочешь. Она уже старается во всем подражать тебе.

– И все же Эмри не моя. Не настолько, как Морт. Ты отнял у меня дочь.

Лорд смерил ее холодным взглядом. Он ненавидел, когда она возвращалась к этой теме. Но все не измениться, если они перестанут об этом говорить.

– Ты знаешь, что это было необходимо, Камилла.

– Я знаю только, что ты считал это необходимым, - сказала она и оставила его в

одиночестве. Она любила мужа, приучила себя любить его еще когда-то давно, когда ее

выдали замуж за человека, которого она совершенно не знала. И была для него верной

женой все эти годы.

Но кое-чего она ему никогда не простит.

Камилла поднялась по лестнице наверх и зашла в бывшую комнату Морт. Там

практически ничего не изменилось. Стены были словно пропитаны духом ее дочери. И

обои, и постель, даже большая часть вещей осталась на своих местах. Камилла отметила, что все оружие и любимые книги Морт забрала с собой, в то время как многие наряды и

украшения остались здесь. В комнате был абсолютный порядок, и надежда Камиллы

выяснить, почему дочь задержалась, растаяла без следа.

На некоторое время Камилла почувствовала себя здесь лучше. Здесь все было так