«Ключ».

Я зажмурилась ещё сильнее. Они были здесь, рядом, и даже не подключаясь к полю, я отчетливо ощущала их присутствие.

— Спи, ещё рано, — шепотом произнесла женщина на кевтском. — Холодно тебе?

— Да. Огонь не горит, — тоскливо ответил ребенок.

— Сейчас разведут костер. Спи.

Я вздохнула, повела плечами и, потянувшись, открыла глаза.

В полумраке огромной залы, освещаемой тлеющими лучинами и редкими светлячками магических молний, расположилась часть беженцев, в основном женщины и дети. Рядом со мной сидела мать с сыном лет семи на руках. Она расстегнула свой тулуп и, обняв ребенка, пыталась его согреть. Сначала настороженно посмотрев на меня, кевтиянка, оценив мой потерянный вид, вымученно улыбнулась.

— Ты долго спала. Хочешь есть?

Я отрицательно покачала головой, хотя об одном упоминании о пище желудок свело болезненным спазмом.

Мальчик обернулся.

— Это она вызвала чудовищ?

— Они не чудовища, глупый. Чудовища — это эльфы.

Ребенок шмыгнул носом и, повозившись на коленях у матери, устроился так, чтобы видеть меня.

— Всё равно они страшные. Ты их боишься? — спросил он у меня.

— Нет, — соврала я. — Они вовсе не страшные. Просто необычные.

— Совсем необычные.

Откуда-то снизу снова донесся полный боли крик. Женщина хотела было закрыть ребенку уши, но мальчишка недовольно тряхнул головой.

— Кто это кричит? — капризно поинтересовался он.

— Не знаю, посмотрим утром, хорошо? — мать прижала ребенка к себе.

Опираясь о стену, я поднялась на ноги и замерла, оглядывая залу.

Когда-то давным-давно хозяева огромного замка, наверное, принимали здесь гостей. Потолок терялся в темноте, а вдоль стен тянулись черные ниши, внутри которых кевты при помощи тепловых лучей разводили костры. Справа от нас располагалось, насколько я могла видеть, полуметровое возвышение, на котором сейчас, завернувшись в теплые куртки родителей, спали самые маленькие.

Стоило подняться, как взгляды бодрствующих обратились в мою сторону. В сумраке залы казалось, что у кевтов нет глаз — только черные провалы в черепе. Разгоравшееся пламя бросало алые отблески на их бледные лица, и чудилось, будто я иду среди оживших мертвецов.

Внизу снова закричали.

— Да защитят нас поля, и пророк наш, — прошептал кто-то у моих ног.

Я вздрогнула и поспешила к темневшему впереди выходу.

В коридоре, под дымящимся факелом, закрепленным в глубокой стенной трещине, стояло несколько вооруженных кевтов. Я замерла, увидев автоматы в их руках, но один из мужчин, коренастый, смуглый охотник, приветливо помахал мне.

— Иди сюда.

Он произнес эти слова на древнем, как можно мягче и доброжелательнее, но хмурые взгляды стоявших возле него мужчин не предвещали приятной беседы.

— Простите, — я спрятала руки под куртку и ощутила плотный короб бронежилета. — А вы не видели Арельсара?

— Кого? — не понял подозвавший меня кевт.

— Того военного, из миссионеров, — пояснил молодой парень, сжимая в руке пистолет-автомат. — Который выходил со старостой на переговоры.

— Аааа, нет, не видел.

— Он, вроде, при бомбежке погиб, как та эльфийка, — добавил невысокий, длиннобородый кевт. Он единственный из всей компании был безоружен; его правая рука при каждом движении безвольно болталась вдоль тела.

Сердце ухнуло вниз, я до крови закусила губу, чтобы не заорать.

— А мне кажется, я видел его среди раненых, — припомнил парень.

— Раненых… демоны привозили раненых?

— Ты их называешь демонами? — одноглазый верзила, по росту выше орка, шагнул вперед. У него на поясе покачивалась связка гранат. — Это духи поля.

— Ага, пришли защитить нас от эльфов, — угрюмо произнес кевт с поврежденной рукой. Он едва ощутимо подхиливал себя, будоража земную абстракцию.

— А драконы? Ты послала их валить самолеты? — не отставал здоровяк.

— Наверное, — я безучастно пожала плечами.

— Я с женой и дитем бежал через лес, — принялся рассказывать верзила. — А тут кучка эльфов бежит, вопят что-то. Ну, я Ласарил оттолкнул, сказал, чтоб дите уводила, а сам за луком потянулся, думаю — всё, сейчас расстреляют! Так эти громадины, то ли волки, то ли медведи, пасти в метр, как из-под земли вылезли, смяли извергов, глазом моргнуть не успел. Кемир, вон, меня нашел! Не даст соврать.

— Мы с мачехой и братом за вами шли, — пояснил парень. — Я их в зарослях оставил, а сам к тебе побежал, а ты, придурок, стоишь на коленях и орешь, как резаный «Слава тебе, земля!», а вокруг куски мяса, лужи кровищи и ни души. Я уж думал, это ты их так… В приступе гнева… А потом увидел… и Кельвет видел, не говорит теперь.

— Кельвет? — я будто очнулась. — Ты… его брат, верно?

— Верно, — парень сплюнул. — У тебя с головой всё в порядке? Откуда ты этих чудовищ повытаскивала?

— Они сами пришли… Из порталов.