Алекс вошел в таверну, остановился на пороге, и не спеша, огляделся. Педро Крот сидел там, где он и полагал — на своём любимом месте, за столиком в углу — оттуда удобно просматривать вход и весь главный зал и наблюдать за её посетителями. Рядом с ним располагались два незнакомых дроннера в модулях приличной прокачки. Все трое о чём-то увлечённо беседовали. Не спеша, Алекс направился к их столику. Педро сразу же заметил его, но внешне это никак не показал.

Алекс подошел вплотную и, глядя сверху вниз, развязано, стараясь быть грубым, сказал:

— Привет Кротяра. Как жизнь молодая?

Педро медленно поднял голову, словно только сейчас заметил, и посмотрел на него с весёлым изумлением.

— Ба! Друг мой Алехандро! Я вижу, вы сменили не только тело, но и стиль поведения. Приветствую вас на Острове и поздравляю с новой машиной, добрый юноша!

Алекс только собрался было, выразить все свои возмущения, которые бродили в нём вот уже более пяти суток, как Педро неожиданно остановил его небрежным жестом:

— А почему бы нам, дорогой Алехандро, не пройтись под утренним небом и не подышать свежим воздухом? Как вы полагаете? Ну, вот и прекрасно! Жан, голубчик, будьте добры, расплатитесь за меня, мы с вами позже сочтёмся, — и он встал, и не глядя на Алекса, направился к выходу из таверны наружу.

Алекс был сконфужен и слегка растерялся. Весь его воинственный пыл быстро остывал, а на месте конкретной, ясно видимой причины его неудач, вновь поселились смутные сомнения и логические непонятки. Всё-таки Педро был его наставником, в некотором роде и неплохим товарищем, если честно. Поэтому игнорировать его мнение во многих вопросах Алекс не мог. Да и не верить ему до этого момента не было причины. "Ну, что же, посмотрим, как он мне всё объяснит, Кротяра хитрая, — уже без прежней уверенности и без прежней злости подумал он. — А там и поглядим, что делать станем".

А Педро Крот, между тем, шёл неспешным прогулочным шагом от таверны к околице деревни, вдоль ручья Белый, в сторону пограничного перехода. И молчал. А Алекс плёлся за ним. И тоже молча. Вот уже и граница видна, и пропускной пункт на мосту через ручей. С высокой старой деревянной аркой. На арке, до сих пор висит транспарант из выцветшей на солнце ткани. На нём еле читаемая надпись квадратными буквами: "Добро пожаловать на Восток, пришельцы с Запада!". А ниже, прямо на досках, более свежая, мелом от руки: "Окоглави", геть звiдсiля! Мiсто тiлькi для красных". За мостом блокпост и возле него пара "головоглазов" с боевыми дубинками в руках. С восточной стороны нет никого. Только неподалёку на берегу ручья, какой-то слабой прокачки дроннер ловит рыбу самодельной удочкой. Куда он её собирается девать, когда поймает, не ясно, только удит он азартно, часто перебрасывая снасть на быстром течении.

Педро остановился на высоком обрыве, прямо над рыболовом и стал наблюдать за его стараниями. Алекс подошёл, и стал рядом. Выждав минуту, Педро заговорил, искоса наблюдая за его реакцией:

— С каких это пор, дорогой Алехандро, вы стали выражаться столь несимпатично? Разве трудно было сказать: "Приветствую вас, любезнейший, благородный дон Педро! Да воздаст вам Господь всяческие блага щедрой своей дланью, за вашу, достойную подражания, самоотверженную жизнь, во имя достижения вселенской любви и умиротворения!". Вот и всё. Разве это трудно? И тогда я бы вам сразу ответил: "И я приветствую вас, о, достойный уважения юноша, идущий по пути божественной добродетели!". Вот пример общения благородных мужей. Так должны были мы встретиться, после вашего недолгого отсутствия. Вас не было всего неделю. И вот вы являетесь предо мной в новом дроне, позабыв все свои учтивые манеры. Кто на вас так дурно повлиял за столь краткое время?

Алекс угрюмо молчал, с трудом въезжая в витиеватость Кротовой речи.

— Не молчите, юноша. Я вас спрашиваю — откуда у вас этот дрон и такие манеры?

— А кто ты такой, что бы спрашивать? — наконец сориентировавшись, возмутился Алекс. — Кто ты такой, что подставил меня под удар, "головоглазовской" верхушки? Ты знаешь, что на меня вендетту объявили? Знаешь?

— Ну, во — первых, не НА тебя, а тебе. "Вендетта" — означает мщение. А во — вторых, что-то быстро они её сняли. Не странно ли, Алехандро? Не странно ли, юноша, что пропав далеко на Западе, вы неожиданно появляетесь здесь, рядом с границей, в целости и сохранности и в новом снаряжении? Вон я вижу, и мечи у вас есть. И именно в этот самый момент, к точке, где мы с вами имеем честь находиться, приближается один из главарей группировки так называемых Воинов Саурона? Я склонен видеть здесь прямую связь с вашим появлением. Вы же ушли тогда от погони. Так какого… ты вернулся назад и спёр дрона, столь наглым образом? Тебе следовало лишь узнать, что они там охраняют и немедленно уносить ноги. Какого чёрта, ты затеял всю эту бучу? Как видишь, Алекс, у меня больше вопросов, чем у тебя.

— Я затеял эту бучу?!! Ты что, обалдел? И откуда ты знаешь про дрона?

— О дроне. А откуда ты о нём знаешь? Даже я бы спросил, от кого? Любопытное дело — стоит отпустить от себя человека на пару дней, и он меняется до неузнаваемости. Ну, ладно, не хочешь говорить, не надо. Мы в таком случае применим метод дедукции. Ты не мог войти на Остров, по крайней мере, ещё в течение месяца. Но ты входишь. И у тебя новый дрон. Это довольно дорогой дрон, высокого качества и штучной настройки. По некоторым приметам могу предположить, что это работа известного мастера, так называемого "Карчмаря". Кстати, мечи наверняка из булатной стали. Карчмарь это любит. Одни эти мечи могут стоить больше половины твоего старого дрона, очень даже неплохого. Но, продолжим дальше. Карчмарь — друг и соратник некого Василия Васильевича. А это уже нечто. Василий Васильевич — шеф отдела Внешней безопасности корпорации "Дроны России". Стало быть, делаем незначительное усилие извилинами, — Алекс, ты завербованный СБ агент, направлен сюда на встречу с эмиссаром "головоглазов". А вот, зачем… Этого я пока, не буду тебе говорить. Ты ведь и сам этого до конца не знаешь, верно?

Алекс слушал, раскрыв рот. Твою медь. Вот тебе и Штырлиц. Вот тебе и спец — агент! Да кто он такой, что так легко всё разложил по полочкам? Он, как впервые, оглядел Крота и удивлённо понял, что аккуратный и ловкий дрон его, тоже не простой, а явно штучной работы, что сбоку от корпуса выделяется удобная рукоятка, и это, наверняка тоже меч, и что смотрит на него, Крот сейчас с лёгкой грустинкой и улыбается слегка. Месяц, говорит, не должен был войти…

— Послушай, Педро, а почему ты решил, что я не должен был месяц здесь появляться?