Но не это главное. В конце концов как торговый партнер Украина погоды не делает — особенно на фоне 400 миллиардов долларов торговли с ЕС и более чем ста миллиардов с Китаем. Зато, по оценкам Федеральной миграционной службы, в России работают около 2,5 миллиона трудовых мигрантов с Украины. Интеграция соседней страны с ЕС прежде всего означает, что значительная часть этой (кстати, как правило, квалифицированной) рабочей силы утечет на Запад. Это будет серьезным ударом по российскому рынку труда.

Российский бизнес, в свою очередь, глубоко окопался на берегах Днепра. По некоторым оценкам, после окончания приватизации на Украине около 60 процентов местных предприятий будут принадлежать российскому капиталу.

Наконец, еще один аргумент диктует Москве политику сближения с Киевом. И он, пожалуй, ключевой. Дело в том, что с тезисом, который Леонид Кучма вынес в заглавие своей книги, в России категорически не согласны. По словам ведущего научного сотрудника Института мировой экономики и международных отношений РАН Алексея Портанского, «Москве хотелось бы видеть Украину в ТС, а в будущем — в Евразийском союзе. Если вспомнить опыт Европы, то там в 50—60-е годы роль интеграционного локомотива сыграли Германия и Франция. На постсоветском пространстве в этом качестве могли бы выступить Россия и Украина».

На самой Украине (особенно на юге и востоке) также немало тех, кто полагает, что две наши страны — части единого целого. Для них перспектива введения визового режима сродни катастрофе. Ведь после этого русские окажутся крупнейшей разделенной нацией Европы, а то и всего мира. Не так давно украинский премьер Николай Азаров заявлял, что русских на Украине не менее 20 миллионов. И это в случае окончательного «развода» окажется огромной проблемой.

Киевская Русь

Почему в Киеве не вняли вполне здравым аргументам о выгоде интеграции в восточном направлении?

Здесь проблема также не исчерпывается экономикой.

Обратимся к истории. На сей раз к недавней. О перспективах создания зоны свободной торговли между Украиной и ЕС впервые было заявлено в 1994 году. Такая возможность предусматривалась статьей 4 Соглашения о партнерстве и сотрудничестве между Киевом и Брюсселем. В ней отмечалось, что «в 1998 году стороны совместно рассмотрят вопрос, позволят ли обстоятельства, и в частности прогресс Украины в деле осуществления рыночных экономических реформ… начать переговоры по созданию зоны свободной торговли». Правда, эти самые обстоятельства (экономический кризис) затянули процесс на десятилетие. Переговоры начались лишь в феврале 2008 года. Но еще до этого произошли важные события. В конце 2005 года Брюссель официально признал рыночный статус украинской экономики. Три года спустя Украина завершила переговоры о вступлении в ВТО, что и открыло возможности для создания зоны свободной торговли с ЕС.

Складывается впечатление, что большинство российских критиков «европейского выбора» Украины просто не читали документов об интеграции этой страны с Евросоюзом. Никаких жутких «казней египетских» в них не содержится. Напротив, Украина получает существенные преференции — они и служат тем пряником, который манит Киев на Запад.

В Вильнюсе должны подписать соглашение о так называемой расширенной зоне свободной торговли, которая охватывает не только движение товаров, но и услуг. В соглашении предусматривается либерализация торговли, а также, насколько возможно, сближение законодательства сторон.

Предусмотрена отмена таможенных пошлин в отношении не менее 95 процентов товаров (как по номенклатуре, так и по объемам торговли). При этом отмена таможенных сборов будет происходить асинхронно. Если ЕС сразу после вступления соглашения в силу отменит пошлины на импорт, то для либерализации европейского экспорта на Украину предусмотрены переходные периоды. Отмена пошлин на европейские товары растянется на 7—10 лет. Поэтому разговоры о том, что Киев немедленно открывает свой рынок, чем гробит национальную экономику, от лукавого.

В результате уменьшения и отмены пошлин украинские экспортеры будут экономить 487 миллионов евро ежегодно. Это только прямой эффект от зоны свободной торговли. В целом, по оценке европейских экспертов, ассоциация и торговое соглашение с ЕС увеличат ВВП Украины на 11,8 процента в течение нескольких лет. В то же время, по расчетам украинского Института экономических исследований и политических консультаций, союз с Россией снизил бы ВВП Украины на 0,5—3,7 процента. Это произошло бы, среди прочего, из-за удорожания импорта из ЕС в результате роста таможенных пошлин.

Однако не только и не столько в экономической статистике дело. Виктор Янукович на днях заявил, что сближение с Евросоюзом — это прежде всего «прагматический выбор оптимальной модели национальной модернизации». Иными словами, в Киеве рассчитывают на приток западных инвестиций и технологий. А также на отмену в перспективе преград на пути миграции избыточной рабочей силы в страны ЕС. Уже сейчас украинцы ездят на заработки в Россию и Евросоюз в соотношении 50 на 50.

Всея великия и малая