– В следующий раз пристегиваться будешь.

– Какой следующий раз? – взвился Михаил. – Еще с тобой ездить? Вот уж фиг! Я сколько раз чуть от страха не обделался за эти недели! Когда на меня дуло этого крестомета смотрело, и когда эти мертвяки меня схватили, не говоря уже о той шняге, в которую мы угодили на пятый день!

Павел ошарашенно молчал.

– Да ладно тебе, – сказал наконец он. – Прикольно же было!

– Тебе бы все прикалываться, – проворчал Михаил.

Подумать только! А кто своими выворотами чуть не раскрыл всех вампиров на свете!

– Если хочешь, можешь валить, – предложил Павел, – только придется обходиться без крови, и не факт, что тебе выправят документы, не наработал еще…

– Шантаж? Лучше в армии служить, чем от зомби отстреливаться…

Павел пожал плечами и стал смотреть на дорогу. Водитель продолжал управлять машиной, направив пустой взгляд вперед. За все время, прошедшее с окончания схватки с дикарями, да и, пожалуй, с момента пробуждения, Павла не оставляло острое чувство цели. Охотник был в Москве, до которой оставалось меньше часа езды на машине, и главное – он не передвигался. Охотник засел где-то и затаился. Чего же он ждет? Или он думает, что сейчас в безопасности? Как вообще такое можно думать, находясь в Москве, где вампиров Камарильи больше, чем где бы то ни было! Зазвонил телефон.

– Да!

– Кэн, как там у тебя? – спросил голос Махарнена.

– Нормально все, едем в город. Так что с этими дикарями?

– Да ничего хорошего. Как они появились, мы сразу стали прочесывать Сибирь. Там сейчас разведчиков от Носферату – тьма! На старой базе пусто, ищут новые.

– Может, они теперь в старых лабораториях Камарильи засели?

– Может быть. Проблема в том, что мало кто знает, сколько у нас их вообще было и где они все находятся!

– Бардак!

– Но-но! – повысил голос Наставник. – Без этого бардака у нас не было бы сыворотки! И хватит так обращаться с Наставником! Подумаешь, шестая ступень…

– Пятая, – возразил Кэнреол.

– Уже шестая. Если, конечно, доберешься до резиденции живым.

– Накаркаете, Наставник. – Павел вспомнил, чем обернулся анекдот Михаила около кладбища, и его передернуло.

– Суеверный ты какой-то стал. Позвони своей Лихарвель, она тебя заждалась.

– Сами ей скажите. А я оттяну удовольствие поговорить с ней по-человечески. Ну… по-вампирски.

– Ладно. Отбой.

Только убирая телефон в карман, Павел сообразил, что забыл рассказать Махарнену о зомби и, самое главное, об Охотнике. Павел снова достал телефон, но тут ему в голову пришла одна мысль. Может, лучше самому напасть на Охотника? Если начнутся поиски, то его спугнут, и бой с ним откладывается на неопределенный срок. Нет уж! Надоело со страхом ждать, когда сбудется предсказанное астрологами Малкавиана. Надо действовать самому.

Павел снова прислушался к своим ощущениям. Сидит, зараза, не убегает. Залег где-то в каком-нибудь подвале, выманивай его оттуда. Надо готовиться к бою. Патронов нет, жалко. Совсем нет, даже простых.

– Мужик, ты оружие не везешь, часом? – спросил Павел у водителя.

Тот заговорил безжизненным голосом, еле двигая губами:

– Нет. Оружия нет. Нет. Нет.

– Да понял я, – махнул рукой Павел, – заткнись и крути баранку.

– Зачем тебе оружие? – удивленно спросил Михаил, до этого молчавший и пялящийся в сумерки за окном автомобиля.

– Пригодится.

– Опять воевать собрался? Не пойдет! Давай хоть в ваш дворец заедем, передохнем день.

– Не мешай, – зашипел Павел, – бой будет точно, и не легче, чем с мертвяками. Не хочешь драться, вали в резиденцию, обойдусь без тебя.

– Что с тобой? Ладно, бой так бой. С кем хоть бой будет?

– С судьбой, – ответил Павел, – а теперь помолчи, я медитировать буду.

Медитация в едущей на большой скорости машине – занятие только для тех, кто может полностью отрешиться от реальности. В их число входят вампиры, причем все, прошедшие хоть небольшую подготовку. Павел сел поудобнее и расслабился. «Я спокоен. Я расслаблен. Моя энергия очищает мое тело, открывает мои чакры, готовится к бою. Мышцы обновляются, из них уходит усталость, они наливаются силой…»

Павел прогонял сквозь свое тело потоки собственной энергии. Силы восстанавливались, и через полчаса, когда медитация была окончена, Павел был готов к самому важному в своей жизни бою. Сейчас он был на пике формы.

Машина подъезжала к северной границе Москвы. Павел знал, что сейчас на них смотрит довольно много вампиров-патрульных. «Они видят метки на мне, на Михаиле, на всякий случай сверяют с данными и понимают, что я – вампир, возвращающийся с вольной охоты. А где наш Охотник? Вот он, милый, совсем близко…»

– Гони быстрей, – скомандовал Павел. – Миха! Доставай меч, но лучше не лезь в схватку. У меня предчувствие – Охотник будет посильнее тех, которых мы убили недавно.

Михаил со вздохом достал меч. Он немного помялся, потом сказал:

– Паш, я, конечно, понимаю, только дай уж мне крови попить, у меня запас на исходе.

Михаил продемонстрировал Павлу свою татуировку-индикатор. Она показывала уровень вампирской крови в организме гуля. Павел улыбнулся, вспомнив, как Михаил выбирал себе татуировку. Когда будущий гуль увидел на руке Кэнреола переплетение ветвей, лезвий и клыков, у него загорелись глаза. В тату-салон Малкавиана Михаил шел, как на праздник. А когда вампир-художник открыл перед ним каталог на странице «Индикаторы гулей», у Михаила вытянулось лицо. Пять маленьких, простеньких рисунков, ни капли не похожие на шедевры, украшавшие настоящих вампиров. Михаил плюнул и выбрал татуировку, напоминающую раковину составленную из треугольников. Размером она была не больше пятирублевой монеты.