– Ты так беспокоишься за меня, Шак? – рассмеялся Човерг. – Ты думаешь, что этот выродок сможет мне хоть что-нибудь сделать?

– Конечно, нет, Чо. Просто я не хочу, чтобы удовольствие навсегда заткнуть эту глотку досталось тебе одному.

– Уважаемый Шенсраад, – поднялся Кхеншраон, – мы настоятельно рекомендуем вам покинуть помещение Совета и оставить решение ваших проблем до более благоприятного времени.

– Как бы вам не пришлось об этом пожалеть, – ответил Шенсраад.

Он резко развернулся и вышел из комнаты.

– Интересно, на кой черт он заявился именно сюда? – спросил Хармас.

– Да он псих, идейный боец, – поморщился Тешран.

– Он прикрывается борьбой за благополучие Каитиффов. А на самом деле просто беспокоится о себе, – сказала Винзарра.

– Я тут подумал, – осторожно сказал Шаккерон, – а вдруг это он собрал ту армию дикарей? Что мы знаем о его способностях? Он сейчас легко прошел мимо нашей охраны, следовательно…

Некоторое время все молча обдумывали этот вариант. Потом Кхеншраон сказал:

– Это вполне возможно. Надо проследить за ним. Хармас! Приставь к нему нескольких разведчиков… Если они у тебя еще остались.

– Обижаешь, Кхен! – оскалился Хармас.

– Черт, ничего мы не решили про этих дикарей, – вздохнул Кхеншраон, – в последнее время все наши сборы сводятся к банкетам, спорам и новым загадкам. Так. Что я еще хотел спросить? Ах да. Господа, как у вас с молодежью? Сколько кандидатов в Истребители Охотников? Они нам скоро понадобятся, я чувствую. Охотники, похоже, готовятся к масштабным действиям.

Выяснилось, что кандидатов хватает. Хармас не преминул похвастаться, что у одного из его вампиров способности к поиску сильнее, чем у самого Човерга. Глава Тореадора лишь покачал головой.

– Это у того, кто один завалил двух Охотников сегодня? – уточнил Шаккерон.

– Откуда ты знаешь? – удивился Хармас.

– Да так… слухами земля полнится. Поговаривают, что из него может получиться новый глава Малкавиана…

– Что?! Кто это «поговаривает»? – воскликнул Хармас.

– Шутка, Хар, шутка. А ты, я смотрю, испугался, а?

– Дурацкие шутки…

Скоро вампиры разошлись. Шаккерон и Хиншрак вышли вместе.

– Зхачхем тхы придхумал прро ррозыгррыш? – спросил Хиншрак.

– Потому что я все равно уверен в своей теории и не хочу никого тревожить, пока не найду доказательства. Если я расскажу Совету, поднимется такой переполох, что, если я ошибаюсь, мне голову снимут. Кому надо, тот сам догадается. Кхен, я думаю, тоже это подозревает. Но слишком боится, что это окажется правдой.

– Ссмхотрри, Шак, нхе опхаздай с дхоказзательсствхами, – покачал головой Хиншрак.

– Постараюсь, Хин.

После зачистки в Сибири в жизни вампиров России наступило затишье. Остатки дикарей разбежались по стране, но были в скором времени полностью уничтожены. В первый месяц после рейда Охотники повторяли нападения на кланы в других городах, но теперь вампиры были начеку. Потом и нападения прекратились. Через три месяца после нападения Истребители раскрыли одну из группировок Охотников, а также вышли на одного «кузнеца» – изготовителя серебряных крестов, тех самых, которыми были вооружены тверские Охотники. Кресты его производства были идеальными. Мага-святошу все еще не нашли.

Молодые вампиры продолжали свое обучение. На вторую ступень мастерства перешли все. Экзамены, проходившие в конце сентября, не имели ничего общего со вступительными испытаниями. Потом вампиры стали готовиться к следующему испытанию, после которого они могли стать полноценными членами клана. Им приходилось нелегко – надо было учиться и в обычных учебных заведениях, и на вампирских занятиях. Времени оставалось немного – испытание должно было произойти в конце ноября.

Вампиры не знали, в чем сущность испытания, до тех пор, пока оно не началось.

Небольшая деревня где-то в средней полосе России. Одна из тех, которые живут непонятно чем и где у молодежи единственная мечта – перебраться в ближайший город. Половина домов пустует. Недалеко от деревни – дачный поселок, который подступает все ближе. Конец ноября. Солнце почти зашло. До астрономического времени заката – несколько минут. Жителей деревни почти не видно. Но это не из-за позднего времени – ведь осенью рано темнеет. Не из-за того, что всем нечего делать. Всех разогнал по домам страх.