К концу этого урока каждый вампир мог спокойно разбить пирамиду и даже не поморщиться.

Потом принялись за заклятия. Их арсенал уже довольно сильно расширился. Огненный Коготь теперь разваливал на аккуратные части большие валуны. Рукой Льда вампиры могли заморозить воду в небольшой чашке. Рукой Тепла (обратное предыдущему заклятие) лед можно было растопить. Плеть Воздуха уже была знакома Павлу по урокам Шенсраада, но теперь он научился использовать ее с меньшим расходом энергии при большем эффекте. Самым прикольным, на взгляд Павла, заклятием стало Высасывание Жизни. Правда, самым большим существом, у которого они могли полностью забрать жизнь одним прикосновением, была мышь. И пользы от этого высасывания лично для вампира было немного – выпитую жизнь надлежало куда-то высвободить, и как можно быстрее, – для мертвых, кем и являлись вампиры, жизнь, отнятая мгновенно, была ядом. Совсем другое дело – убийство на охоте, когда жизненная энергия медленно выходила через кровь и переваривалась в пищеварительном тракте вампира. Махарнен сказал, что у людей выпивать жизнь очень трудно, так как люди разумные, в отличие от мыши. А у таких товарищей, как маги, оборотни и Охотники, высосать жизнь было невозможно.

Куда действеннее обещало быть заклятие Черная Молния. Но пока начинающие вампиры только газ в кухонной горелке могли зажечь – разряд молнии был всего два-три сантиметра длиной и мог быть замкнут лишь на самого вампира.

Также вампиры учились писать прахом. Пока лишь на самом примитивном уровне – надписи было видно даже человеческим зрением. Но все равно прогресс. Вампиры совершенствовались. За десять дней Павел увеличил свою максимальную скорость вдвое, научился лучше биться. Также он чуть-чуть улучшил навыки поиска, а по стрельбе по-прежнему был одним из лучших.

Самым приятным приобретением был так называемый щадящий укус. Теперь вампиры могли высасывать кровь на охоте, не убивая людей. Техника уже была применена на практике – вампирам первой ступени полагалась одна охота в неделю.

Жизнь во смерти налаживалась.

Беда пришла нежданно-негаданно. Павел провожал Ирину домой. Точнее, не только провожал, а намеревался еще и зайти к ней. Причем главным стимулом к визиту было желание нормально поесть. Путь лежал мимо большой доски объявлений недалеко от подъезда Ирины. На доске был специальный раздел «Внимание – розыск». Когда Павел и Ирина проходили мимо этой доски, Лихарвель вдруг остановилась.

– Ты чего, Ира?

– У меня глюки или там твоя рожа висит? – Ирина показала на одну из фотографий в разделе розыска.

Павел посмотрел на фотографию. Это же лицо он видел каждый день в зеркале. Его лицо. А что тут написано? Ага, оказывается, я не просто пропал. Ушел из дома, нанеся тяжкие телесные повреждения своей сестре, не вернулся, место нахождения неизвестно. Наверное, я немного сумасшедший. Так: дата пропажи, телефоны, по которым звонить, причем один из них – домашний. Опа! Возможно, вооружен! В течение минуты Павел внимательно рассматривал свое лицо, потом полез в карман и надел темные очки, которые не носил по причине плотной облачности.

– Тикать отсюда надо… – тихо сказал Павел, и вампиры «стикали».

– Как мы разогнались-то… – произнесла Ирина.

Они уже стояли около дверей ее квартиры.

– Зато меня не поймали.

– Тебя наверняка ищут больше недели! – Лихарвель достала ключи и стала открывать дверь.

– Черт, а я ни сном ни духом, – помрачнел Павел.

Получается, его в любую минуту могли сцапать менты. Единственное, что Павел смог бы им противопоставить помимо силы, оружия и магии, был простой отвод глаз. А сейчас он работает только на случайных и незаинтересованных прохожих.

– Скажешь потом Махарнену, – предложила Ирина.

– Ага… Ладно, потом разберемся. Ты скоро уже откроешь? И сразу давай что-нибудь поесть, я устал от моей спартанской кухни!

– Да заело тут что-то…

Тут сзади открылась дверь. Старческий голос произнес:

– Здравствуй, Ирочка!

Павел вздрогнул. Голос был очень похож на кряхтенье Полины Витальевны, соседки Павла по лестничной площадке. Дежавю… Павел и Ирина обернулись. Слава Ночи, говорившая была не той старухой. Да и вообще не особенно старухой. Пожилая женщина, только голос не соответствует возрасту.

– Здравствуйте, Светлана Максимовна! – приветливо сказала Ирина.

– Здравствуйте, – произнес Павел.

Женщина не ответила. Она молча переводила взгляд с Ирины на Павла и обратно.

– Вот, значит, как! Я-то думала, ты приличная девушка, а ты парней домой водишь! От родителей тайком! Что ж ты честь-то свою не бережешь…

Ирина прыснула. Соседка удивленно посмотрела на нее:

– Смешно тебе, да? Больно умные все стали!

Она захлопнула дверь, бросив напоследок странный взгляд на Павла. Но он не заметил этого. Лихарвель наконец справилась с дверью.

Зайдя внутрь, Павел рассмеялся:

– Вот почему среди соседей обязательно окажется кто-то психованный? И почему я ее раньше не видел?

– А ты так часто ко мне заходил? – ответила вопросом Ирина. – И потом, она недавно здесь поселилась – месяца четыре назад. И всех уже достала. Сегодня будет родителям на меня жаловаться…

– Не боишься?

– Да им все равно…

– Везет тебе. Так. Я не понял, где ЕДА?..

Еда скоро появилась на столе и оказалась довольно съедобной, особенно если ее сравнивать с тем, чем питался Павел последнюю неделю. Горячий суп пролился в желудок, как дождь на песок пустыни. Выхлебав тарелку, Павел набросился на котлеты и картофель. Самым приятным в обеде была его натуральность. Родители Лихарвель не признавали всяких бульонных порошков, куриных кубиков и козьих шариков. Котлеты были сделаны из настоящего фарша, без всякой сои. Жаль лишь, что Ирина не унаследовала кулинарных талантов матери. Она с опаской смотрела на исчезающие со стола яства. Но не успел Кэнреол приняться за чай, как в дверь позвонили.