– Как скажешь. Но все-таки – что эта твоя Длань делает?

– А ты до сих пор не догадалась? – растянул губы в улыбке Креол. – Поднимает мертвецов, конечно. Иначе зачем, по-твоему, мы пришли на кладбище?

– Мертвецов?.. – заморгала Ванесса. – Так что, армия, которую ты вчера обещал, это армия… МЕРТВЕЦОВ?!!

– Не ори на меня! – повысил голос Креол. – Чего ты вопишь, как будто я тебя режу?! В чем дело?!

– Ни в чем, совершенно ни в чем! – фыркнула Вон. – Армия мертвецов… Боже мой… Рассказали бы мне пару лет назад, что я буду в другом мире помогать ожившей мумии оживлять армию мертвецов… нет, ну это сдуреть можно! Вы, я гляжу, нескучно там жили, в своем Шумере!

– Ну, не просто обычных мертвецов, – уточнил Креол. – Длань Нергала – высший уровень некромантии. Возможно, в какой-то другой Гильдии и есть ритуал лучше, но в нашей это был предел. Ничего мощнее мы так и не изобрели.

– И чего в нем такого хорошего? Зомби летучими будут, что ли?

– Э-э-э… нет. До такой глупости мы не додумались, – признал маг. – Зомби будут… вообще-то, это вообще будут не зомби. Зомби – это низкий класс. Обычный зомби скован трупным окоченением, он очень медленно движется, постепенно разлагается, от него отваливаются куски, а главное – совершенно нет мозгов. Зомби – это даже не животное, а просто ходячий кусок гнилого мяса. Он исполняет приказы хозяина – больше ничего. Если зомби оставить без приказа, он будет стоять неподвижно, пока не сгниет совсем. Этим он отличается от упыря. Упырь – это такой же зомби, но дикий, буйный, его трудно, а подчас и невозможно контролировать. Он вечно голоден, поэтому атакует и пожирает всех, кого видит. Некроманты вообще редко их создают – упырь рождается сам, если трупа коснулась Тьма.

– А у тебя будут кто? – перебила Ванесса.

Нашел же время для лекции…

– У меня будут эйнхерии! – гордо сообщил Креол. – Эйнхерий – это очень могучая нежить. Они в десять раз сильнее людей, вдвое быстрее передвигаются, их крайне сложно убить, они не чувствуют боли, холода и жары, не знают сна и усталости, совершенно не разлагаются и даже регенерируют поврежденные ткани! Правда, им нужно кормиться, но едят они любую пищу, подходящую человеку. А самое главное преимущество эйнхерия – при оживлении к нему возвращается душа. А это невероятно сложно – вернуть душу, уже ушедшую в мир мертвых. Но благодаря этому эйнхерий знает и умеет все, что знал и умел при жизни, обладает прежними чувствами, эмоциями, желаниями и мотивациями. То есть, он объединяет в себе все достоинства – как живого человека, так и нежити!

– Круто! – невольно восхитилась Ванесса. – Но они все равно будут мертвые, да?

– Конечно. Но думать, говорить и вести себя будут как совсем-совсем живые. Правда, вот эта сторона эйнхерия несет в себе очень серьезный недостаток…

– Какой?

– А ты не догадываешься, ученица? Эйнхерий вполне разумен, самостоятелен и действует по собственной воле, а не по приказу. Так что он может и не захотеть помогать тому, кто его оживил. Даже больше – бывали случаи, когда эйнхерий первым делом убивал некроманта. Справиться с этой тварью не так-то легко даже магу…

Ванесса обвела взглядом кладбище и невольно сглотнула. Всего через несколько минут из-под этой грязи полезет целая куча таких вот непослушных трупов…

– А ты уверен, что эти… уверен?..

– Говори разборчивей, ученица!

– Ты уверен, что они будут тебе подчиняться?!

– Нет, не уверен, – честно ответил Креол. – Ничего, сейчас проверим.

– Ты сдурел… Ты точно сдурел… – покачала головой Вон.

– Еще одна проблема в том, что эйнхерием может стать далеко не всякий, – задумчиво произнес маг, не обращая внимания на бормотание ученицы. – Тут нужен совершенно особый материал. Подойдет только такой труп, который при жизни был настоящим воином – Воином с большой буквы, жившим сражениями и для сражений. Да еще он должен в сражении погибнуть – не от болезни, не от яда, не от старости, не от несчастного случая, а только в сражении. Больше никак. Попробуй-ка найди такой материал в большом количестве! Искать и оживлять поодиночке слишком уж утомительно…

– А здесь, значит, ты их нашел?

– Именно, ученица! – хищно загорелись глаза Креола. – Здесь у нас имеется преотличный комплект! Просто праздник какой-то! Шамшуддин, ты готов?..

– Готов, Верховный!

– Отлично, тогда приступаем!

Ванесса отошла как можно дальше, как бы невзначай оказавшись за спиной лода Гвэйдеона. Единственное, что успокаивает в преддверии нашествия трупов – вот эти рыцари в сверкающих доспехах.

– Лод Гвэйдеон, а вы с эйнхерием справитесь, если что? – на всякий случай уточнила она.

– Если будет на то воля Пречистой Девы – справлюсь.

– А вас вообще не смущает, что Креол тут с трупами балуется? Вашему Кодексу это не противоречит, а?..

– Нам не следует сомневаться в действиях святого Креола, леди Ванесса, – спокойно ответил паладин. – Верю – он сделает все так, как нужно.

– Это уж точно… – пробурчала Вон. – Он всегда все делает, как ЕМУ нужно… А на мнение других болт кладет…

Весть о том, что сейчас из могил полезут мертвецы, пронеслась молнией. Королевская свита беспокойно зашепталась, бросая на Креола взгляды, полные сомнений. Многие последовали примеру Ванессы, отступая за спины паладинов.

Креол с Шамшуддином заняли позиции на вершинах равнобедренного треугольника. Третью точку занял «болван» – черный посох, исполняющий роль мага. Сейчас он неподвижно висит в воздухе, едва-едва касаясь земли наконечником.

– Приступаем! – выдохнул Креол, хрустя шеей. – Иэ-э-эх!..

Маг резко полоснул ножом по запястью. Кровь хлынула бурным водопадом. По спинам зрителей невольно пробежал холодок.

– Дети, резать себе вены – опасно для жизни… – пробормотала себе под нос Ванесса. – Не делайте этого чаще двух раз в неделю…