При этой мысли Билли тотчас же открыл глаза. Он поспешно набросил халат и побежал открывать дверь.

Мэнни вихрем ворвался в комнату, энергично оттолкнув его с дороги. Затем быстрыми шагами направился к спальне.

Весьма разочарованный видом пустой кровати, он вернулся в гостиную.

Билли, оправившись от удивления, но не от волнения, мысленно сочинял первые строфы язвительной оды.

– Где твои котятки? – весьма прозаично спросил у него Мэнни.

– Что это значит? Я у себя и!.. – завопил Билли, потеряв вдохновение.

Мэнни достаточно близко подошел к нему, чтобы дать понять, какой это был неподходящий момент для урока хороших манер.

– Я не знаю! – начал тогда бормотать Билли. – Я не видел их уже несколько дней!

– Ты знаешь, где бы я мог их найти?

– ...может быть, в "Облаках"... вечером...

– Что это такое? Кабак для гомосексуалистов, я думаю?

Не дожидаясь ответа, Мэнни пошел к выходу. Но прежде чем уйти, он повернулся к Билли:

– Ты договоришься непосредственно с моим адвокатом о выплате семи тысяч долларов, которые мне должен. Я предпочитаю больше не видеть твою рожу.

– Да что с тобой случилось? Я не понимаю, – простонал Билли.

Мэнни тоже не понимал. В чем он мог упрекнуть Билли? Ни в чем! Может быть, только в том, что он обладал единственной вещью на свете, до которой Мэнни никогда не осмеливался дотронуться. Однако сила его злобы была такова, что ее не могли усмирить простые удары кулаком.

– Ничего! – проревел он. – Но от твоего вида у меня появляется крапивница!

Трое полицейских увидели, как Мэнни садится в свой "Ягуар" и быстро уезжает. Спустя несколько мгновений вслед за ним проехал ДС Канутти. Канутти не заметил машины своих коллег.

– Он оставался там семь минут, – добросовестно засек время Френо.

– Эй, смотрите! – воскликнул Кайо.

Машина Эрика тоже тронулась с места, но она проехала немного и остановилась перед кафе на авеню Моцарта. Белькир вышел из нее и вбежал в кафе.

– Алло! Это ты, Билли? – спросил воркующий голос, который Билли сразу же узнал. Это был голос Белькира. – Я могу заехать к тебе?

Едва оправившись от удивления, Билли стал смеяться. Горько смеяться, так как он не обманывался насчет Белькира.

– Зачем? Я еще не получил своего чека.

– Не будь злюкой. Я не так жадный, как ты думаешь... – вздохнул Белькир, плетя сеть паутины, в которой Билли так и мечтал запутаться. – Я тогда понервничал. Мне стыдно за те ужасные вещи, которые я тебе сказал... В них не было и крупицы правды, ты знаешь?

Билли ему не поверил, однако ему было неважно, лжет Белькир или говорит правду. Он хуже выносил одиночество; чем ложь. И лишь для проформы делал вид, что сердится.

– Позволь мне зайти к тебе, – умолял Белькир, и затем, не услышав ответа, сказал: – Я сейчас же приеду!

Билли ликовал, кладя трубку. Попрыгивая, он устремился в ванную.

Через пять минут Белькир, улыбаясь, вышел из кафе и присоединился к Эрику. Они обменялись несколькими словами, затем Эрик вышел из машины, доверив управление Белькиру, который проехал несколько метров, чтобы припарковаться.

Эрик засунул руки в карманы, не сняв перчаток, и пошел вперед.

– Идите со мной! – приказал Дебур Френо. – Ты, Кайо, пока следи за другим типом!

Дебур и Френо позволили Эрику пройти метров тридцать, затем вышли из машины, чтобы последовать за ним. Беспечным шагом Эрик направился к дому Билли.

Билли встал под душ. Затем надушился одеколоном. Он надел другой халат, более роскошный, из дамасской парчи, и слегка приоткрыл его ворот, обнажив свою хрупкую грудь.

Когда позвонили, он бросился открывать дверь с веселым и радушным видом.

Это был один Эрик, который прислонился к косяку двери со своим обычным мрачным видом, держа руки в карманах кожаной куртки.

– Где Белькир?

– Он сейчас приедет.

Эрик небрежно прошел в комнату и уселся в кресло.

– Что же, видно, твои дела не так уж блестящи, поскольку ты вернулся? – пошутил Билли беззлобно, просто желая поставить на место этого хвастуна.

– Возвращаются вовсе не из-за денег...

Нарочито насмешливо Эрик вытащил бумажник, распухший от банкнот, которые он стал игриво перебирать пальцами.

– Если хочешь, я даже могу немного одолжить тебе... до тех пор, пока ты не получишь свой чек...

Он поднялся и медленно подошел к Билли, разглядывая его с наглой улыбкой. Билли не заметил, что он, несмотря на жару, был в перчатках.