— Тогда я сам, под свою ответственность, накажу мальчишку. Петр Зиновьевич поймет пользу моего вмешательства. Дайте ключ! Дайте мне ключ! (Он, наверное, тряс своей козлиной бородкой.)

За дверью опять заспорили, потом донеслись протестующие крики Багиры. По-видимому, ее схватили, когда она пыталась выпустить его из темницы. Юра начал изо всех сил колотить в дверь ногами. Вдруг сзади, за окошком, потемнело. Под ударами рама подалась и упала на пол. Стекло разбилось. Из открытого окошка спустилась лиана-веревка. Послышалось шипение Алеши — Каа:

— Мы одной крови, вы и я!

Юра — Маугли ухватился за лиану обеими руками и, упираясь пятками в стену, быстро поднялся к окошку. В этот момент распахнулась дверь и вошел сутулый, разгневанный Шир-хан. Он мгновенно понял все. Голова и плечи Юры — Маугли уже были за окном, когда сильные руки рванули его назад, и он оказался лежащим на полу. Но он быстро вскочил и при этом попал врагу головой в живот. Тот согнулся еще больше, а Юра выскочил в открытую дверь.

Увернувшись от преследователей, он побежал изо всех сил, вспоминая, как однажды Маугли бежал, заманивая своих врагов туда, где их ждала смерть. Тогда его преследовала огромная стая гиен, убивающих на своем пути все живое. При этом Маугли отчаянно рисковал. Ему надо было успеть проскочить мимо обиталищ свирепого пчелиного народца и скрыться прежде, чем тысяча разъяренных пчел настигнет нарушителя спокойствия и вонзит в него свои ядовитые жала.

Преследуемый помощниками Шир-хана, Юра — Маугли вихрем пронесся вдоль тополей, круто свернул в сад и помчался под яблонями. Позади тяжело топали ноги преследователей и слышались крики:

— Юра, стой! Все равно поймаем! Хуже будет!..

Юра — Маугли знал намерения Шир-хана, но он никогда не был трусом, чтобы сдаться.

Вот и пасека среди сада. В каждом ряду — десятки двухэтажных разноцветных ульев. В воздухе, освещенные лучами солнца, проносятся сотни пчел. Летки темны от вползающих и выползающих неутомимых работяг. Юра на бегу подхватил палку, сдернул крышку с улья и стукнул его палкой по боку. Улей будто взорвался. Не останавливаясь ни на мгновение, Юра — Маугли помчался вдоль ряда ульев, ударяя по ним палкой, и по пути сдернул еще две крышки.

Потемневший от взвившихся пчел воздух дрожал, гудел и стонал. Теперь лишь бы не споткнуться, лишь бы не упасть! Он вовремя достиг высокого скалистого берега реки и с разбегу прыгнул. Стая маленьких фурий яростно метнулась за ним. Но на поверхности воды никого не было, и пчелы повернули обратно. Юра — Маугли вынырнул, вздохнул. Две пчелы все-таки успели ужалить его в лоб. Он снова погрузился в воду с головой.

Когда он опять показался над водой, пчел не было, зато слышались отчаянные вопли разбегающихся преследователей.

И тем не менее Юра — Маугли, а с ним вместе и Алеша — Каа были пойманы и приведены на суд.

9

В гостиной собралось судилище. Особенно неистовствовал и требовал строжайшего наказания распухший до неузнаваемости Шир-хан — Леонид Иванович. К счастью, там были и тетя Оля с дядей Яшей.

Отец громко прочитал рапорт, поданный Шир-ханом. Тот писал, что они, Маугли — Юра и Каа — Алеша, учинили в опытном курятнике и индюшатнике такой разгром, какого мир не знал со времен нашествия орд Чингис-хана.

Юра возмутился этой несправедливостью. Да, они пришли с трещоткой в птичник, чтобы спасти мир от стимфалийских птиц, которые питались кровавым мясом и служили богу войны Аресу. А если там получился беспорядок, то потому, что птицы с медными перьями, падающими с неба, как стрелы, оказались трусливыми и всё сами перевернули вверх дном.

— Какие птицы с медными перьями? Какие стрелы?! — взвизгнул Шир-хан.

Тогда Юра с Алешей гордо рассказали о подвигах Геракла, которые повторяют они, Маугли и Каа.

Но даже мудрый слон Нати, он же Юрин отец, не говоря уже о других, вначале никак не мог понять, почему Юра, если он Маугли, повторял подвиги Геракла, неизвестного мальчику джунглей? Ведь это не по Киплингу! Маугли жил в Индии, а Геракл — в Элладе, в Древней Греции. Каким образом родилась эта странная фантазия с таким опасным воплощением ее в жизнь? Ведь это могло привести к трагическим последствиям!

— А ну-ка, Дон-Кихот, и ты, Санчо-Пансо, признавайтесь без утайки! — задорно улыбаясь, потребовала тетя Оля.

— И как он не запутается в своих прозвищах?! — с притворным удивлением воскликнул дядя Яша.

Юра, прищурясь, посмотрел на него и хмыкнул.

— И он еще смеется! — с ужасом воскликнула тетя Галя. — Они бьют девочек. Мне Нина жаловалась. Хороши рыцари, герои!

— Я не допущу, чтобы серьезное разбирательство этого безобразного случая превращали в фарс! — сердился Шир-хан и тряс бородкой.

Юра храбро стоял перед судьями, скрестив указательный и средний пальцы опущенной вниз правой руки. Он глазами незаметно показал на них Алеше. Это означало — тетю Олю не выдавать!