— О господи, — устало проговорила Сильвия.

— У нее это в крови, — сказал Стюарт. — Но на Гая ее уже не хватит. Да и он не станет долго около нее увиваться. Я-то боюсь, что он не явится даже на первое свидание. Мне бы хотелось, чтобы он сходил с ней на скачки разок-другой, а потом пусть катится на все четыре стороны. И не беспокойся, я не оставлю маму без присмотра. Если Гай вдруг присосется к ней и она начнет тратить слишком много денег, я положу этому конец. А сейчас, Сил, мне нужно внимательно осмотреть сад.

Стюарт неторопливо обошел сад позади дома. Он садился на середину каждой садовой скамейки, клал руки на спинку и оглядывал деревья, постоял под фиговым деревом, слегка толкнул сиденье качелей, посмотрел, как закручиваются и раскручиваются веревки. Здесь, уже почти в темноте, его отыскала Грета.

— Так что ж, Стюарт?

— Я нашел эту пару с Бельвю Хилл. Жена выросла в здешних местах. Спит и видит, как бы сюда вернуться, но будет ждать подходящего дома. Непременно с садом. Скучает по осенним листьям и всякое такое. Я не буду сам заниматься вашим домом, но могу передать вас надежному человеку, меня интересует эта продажа, потому что я буду заниматься тем домом.

— Спасибо. Если соглашусь, я сама займусь продажей.

Мгновение Стюарт смотрел на Грету с недоверием.

— Вполне разумно. Если вам понадобится совет, вы знаете, к кому обратиться. Я имею право вам помогать, так как не получаю комиссионных.

— Спасибо. — Грета взглянула на часы. — Жду Гая. Сильвия здесь, значит, Гарри тоже приедет. Вы можете задержаться и пообедать с нами?

— Нет, Грета, спасибо. Спасибо за приглашение.

Грета сжала руку Стюарта:

— На похоронах не было возможности поговорить. Как вы живете, Стюарт?

— Чертовски скверно.

— Он был вашим отцом, — сочувственно сказала Грета.

— Не хочу, Грета, вводить вас в заблуждение. Не только поэтому.

— Понимаю. — Но, отвечая Стюарту, Грета смотрела в другую сторону: Гай открыл кухонную дверь и шел к ним по лужайке.

Гай поцеловал мать. — Гарри не побоялся заразиться проказой и подвез меня от станции.

— Гай, куда ты делся после похорон?

— Не помню. — Гай смотрел в глаза Стюарту. — Ты, кажется, забрел на чужую территорию, верно я говорю, Стюарт?

— Верно, — с удовольствием согласился Стюарт. — По-моему, Гай, каждый должен оставаться на своей территории.

Розамонда проводила Стюарта до двери: — Хорошо, Стюарт, что ты не пожалел времени, приехал и сам поговорил с мамой.

— Не хочу вводить тебя в заблуждение, Розамонда. У меня здесь было еще одно дело, но не выгорело.

— У меня такое чувство, что выгорит. Но даже одно дело из двух — тоже не так плохо.

— Ты никогда не работала машинисткой, Рози?

— Кем я только не работала! — закатила глаза Розамонда.

— Почему бы тебе немного не подучиться?

— Господи, помоги мне! Наверное, стоит подучиться. Хотя сейчас, куда ни глянь, всюду компьютеры.

— У компьютеров есть свои недостатки.

Молли и Кен сидели в конторе Кейта Бертеншоу. На Молли было то же платье, что на похоронах, и шляпка поменьше, но Кену хотелось показать, что он не придает значения этому визиту, поэтому он надел шорты, рубашку с короткими рукавами и сандалии. Молли заявила, что, одевшись таким образом, он ставит ее в смешное положение, на что Кен ответил, что наряд Молли ставит в смешное положение его. В поезде они не сказали друг другу ни слова, но, сидя в двух одинаковых креслах, в одинаково застывших позах и глядя через стол на Кейта Бертеншоу, Молли и Кен стали союзниками.

— В настоящее время, — сказал Кейт Бертеншоу, — получится даже больше. За последние несколько месяцев проценты возросли… Простите…

Пока Кейт говорил по телефону, Молли наклонилась и шепнула Кену, чтобы он спросил, когда начнут поступать деньги. Он не ответил, и, прежде чем Молли успела повторить свою просьбу, Кейт Бертеншоу положил трубку.

Кен протянул руку через стол: — Можно еще разок проглядеть эту бумагу?

— Пожалуйста, — Кейт Бертеншоу передал завещание Кену. — Я приготовил копию, вы сможете взять ее с собой, — сказал он.

Кен просматривал завещание, Молли достала из сумочки очки, надела, наклонилась к Кену и, казалось, тоже погрузилась в чтение.

— А что с мебелью? — спросил наконец Кен.

— Я как раз собирался об этом поговорить.

— Здесь сказано «Дом», а не «Дом с обстановкой». Кому перейдет обстановка?

Молли сняла очки и нетерпеливо вздохнула.

— Миссис Корнок совершенно убеждена, что мебель принадлежит ей, — сказал Кейт Бертеншоу.

— У нее нет для этого никаких оснований, — возразил Кен. — Что говорится на этот счет в завещании?