–  Я же говорила… - устало махнула рукой Джонс.

–  И что вы предлагаете?

–  Что я могу предложить? Ничего. Дождемся, когда нас окурят газом, и нажмем первую попавшуюся кнопку.

Ответить мне было нечего. Никаких идей о пути к спасению у меня не было. Успокаивать, лгать, что все еще обойдется, не имело смысла. Что я мог сказать ей - женщине, которая уже не раз доказала мне, что даст любую фору самому крутому мужику?

Вик остался один. Нерешительно подошел он к кнопке и в сомнении остановился. Полосатая стрелка была новостью. Логика подсказывала, что там, куда вел этот ход, с одинаковой вероятностью можно было найти смерть и выход. О том, что это все же блеф, Вик даже не стал думать - слишком серьезно было положение.

Некоторое время он стоял размышляя, а потом направился в противоположный конец коридора. Возле этой кнопки стояла стрелка черного цвета.

–  Так, - вслух сказал он себе, - главное - ничего не напутать. Это моя последняя надежда.

Он нажал на кнопку и, вопреки ожиданиям, оказался в совершенно незнакомом помещении. Здесь была дверь и снова лестница. Вик сначала приоткрыл дверь и заглянул внутрь маленького помещения, единственным украшением которого была кнопка с красной стрелкой.

Лестница привела в длинный коридор, очень похожий на тот, из которого совсем недавно они ныряли в бассейн. Но обольщаться не стоило. Создатели Лабиринта скорее всего намеренно построили одинаковые помещения, чтобы запутать жертвы и заставить их идти в ловушки.

Полдюжины кнопок на стенах предлагали широкий выбор возможностей. Ни одной красной стрелки здесь не обнаружилось, и это подавало надежду на благополучное продолжение путешествия. Но как трудно бывает сделать выбор!

Вик трижды прошел вдоль коридора, но так и не смог выбрать кнопку. «За» и «против» было очень много, и легче было сойти с ума, чем остановиться на чем-то одном. Полагаться же на слепой случай Вик не хотел. Он привык рассчитывать каждый свой шаг и ясно видеть перспективы.

Вдруг в конце коридора мелькнула тень. Какой-то человек спрыгнул из люка в потолке в пяти метрах от Вика. Пришелец был одет в страшные лохмотья и зарос волосами, как болонка. Большего Вик рассмотреть не успел. Первым его порывом было броситься навстречу человеку, ибо он не подозревал о существовании других обитателей Лабиринта и принял пришельца за одного из своих.

–  Эй!
– крикнул было путешественник, но тотчас же осекся.

Волосатый молча выдернул из-за пояса длинный иззубренный клинок и в два прыжка оказался рядом с Виком. Сверкнул нож направленный в живот. Взревел нападающий, в его глазах пылала радость и жажда крови.

Баз упал в какую-то остро пахнущую жидкость, которая тотчас же насквозь пропитала его одежду. Рядом с ним барахтался маленький инопланетянин.

–  Чертова лоханка!
– выругался здоровяк. Он наконец нашел опору для ног и встал на

дно купели.

–  Надо выбираться - вдруг это кислота, - вслух сказал он себе и перекинул ногу через край.

С той стороны оказалась довольно крутая горка, нижняя часть которой была совершенно не видна. Памятуя о полосатой стрелке, Баз еще раз вгляделся вниз, пригнулся к самому краю бассейна, силясь проникнуть взглядом дальше по изогнутому коридору, но Лабиринт умел хранить свои тайны.

Выход из сомнительного положения нашелся сам собой. Баз вспомнил о маленьком инопланетянине. Выбросив вперед руку, здоровяк выдернул его из бассейна и с силой запустил вниз с горки. Маленькое тельце мелькнуло в воздухе, коснулось склона и пропало. Ни крика, ни какого-нибудь шума не донеслось до слуха

База, и он так и не мог понять, опасно ли там, внизу.

Впрочем, сомнения его были предусмотрены программой. В бассейне поднялось дырчатое дно и столкнуло База вниз. Он не мог сдержать испуганного вопля, но что толку в крике, когда ты стоишь на трудно различимой границе жизни и смерти!

Скольжение набирало скорость. Могло показаться, что в недрах Лабиринта просто негде разместить такой длинный лоток, но тем не менее это было фактом.

Далеко впереди Баз увидел оранжевое пламя. Часть его стояла на месте, а другая быстро двигалась вдаль. И тут он с ужасом понял, что за жидкость была в бассейне. Он никогда не видел горючих нефтепродуктов - там, где он жил, они не использовались, - но отлично знал, что бензин и иже с ним отлично горят вместе с тем, во что они впитались.

В отчаянии Баз попытался затормозить скольжение, но гладкая поверхность, смазанная недавно пролетевшим по ней телом маленького инопланетянина, совершенно не давала этого сделать. Тогда Баз попытался достать руками до стен, и это ему почти удалось, но скорость была слишком велика, и он едва не сломал пальцы. Однако притормозить ему все же удалось. Скорость снизилась, и только у самого пламени Баз понял, какую глупость он сделал.

В голове моей роились какие-то бессвязные мысли, обрывки воспоминаний, знакомые лица. С некоторым раздражением я вспомнил Виски, который благодаря своей неуемной страсти к приключениям втравил меня в эту историю. Впрочем, я тотчас прервал размышления на эту тему, поскольку сам был виноват во многом. Я мог, к примеру, сразу отказаться от его предложения и настоять на своем, а не поддаваться на его уговоры, как девица, которая сама не знает, чего она хочет. Я мог бы повнимательнее присмотреться к нашей работе и обнаружить подвох намного раньше, без помощи Нолли. Я мог бы выйти из лимузина еще там, на площади, и сдаться в руки полиции. Очень многое я мог бы сделать, чтобы избежать Лабиринта, но не сделал.

–  Ну ладно, - не скрывая досады, сказала Джонс.
– Ты - преступник и приговорен судом. Но почему я должна разделять с тобой твою участь? Не понимаю! Есть ли Бог на этом свете?

–  Нет, - заверил я, - иначе бы и меня здесь не было. Я не виновен, и приговор суда ошибочен. Он основан на показаниях человека, который ничего не понял. Меня же самого не удосужились даже допросить.

И я с упреком взглянул на сержанта.

–  Я - только исполнитель, - буркнула она, отворачиваясь.

–  И все же невредно было бы поинтересоваться, за кем вы, собственно, гоняетесь по всему освоенному пространству, высунув язык!
– ответил я, собрав весь свой наличный сарказм.